A lifeless light surrounds us each night. Never could I imagine that something so luminous could feel so dark. It's this glow that reminds us of the dreamless existence we've been sentenced to. Now this city is full of dry eyes caught in a trance of obedience, devoid of any trace of an identity. Such a curious sight, to see bright eyes strangled by the darkness.

luminous beings are we, not this crude matter

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » luminous beings are we, not this crude matter » mackenzie » [лето 2003] Where would I be without you?


[лето 2003] Where would I be without you?

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Pain comes and you find a way to build your world around it
And when it h u r t s get inside the p a i n and wrap your arms around it
I heard pain tell love she said : "Where would I be without you?"

http://78.media.tumblr.com/6145a56e3dac8880d467f4926803b2d7/tumblr_oxr1raUpM61qzs7uio1_400.gif

http://78.media.tumblr.com/983d780dca23721c030f8ad25a2def20/tumblr_oxr1raUpM61qzs7uio7_r1_400.gif

http://78.media.tumblr.com/ba7c57a4a9bb3e8e809e97153405979a/tumblr_oxr1raUpM61qzs7uio4_r1_400.gif

http://78.media.tumblr.com/b69024ead10936e7215031999dbbd224/tumblr_oxr1raUpM61qzs7uio3_r1_400.gif

http://78.media.tumblr.com/a0582bf03747f02af97769cc7f8c70f3/tumblr_oxr1raUpM61qzs7uio5_r1_400.gif

http://78.media.tumblr.com/c6b0df54222d61e8376f353404f4a4b4/tumblr_oxr1raUpM61qzs7uio6_r1_400.gif

O S T

Ostara Mackenzie and Tiberius McLaggen upgrade; Британия; разные дни
Воспоминания о прошлом: от знакомства в 1998 году до наших дней.

Отредактировано Ostara Mackenzie (2017-12-09 18:55:48)

2

наше время
Мы привыкли к счастью в художественном смысле. Как на картину или на книгу мы можем смотреть на него, гадать о смысле и даже понимать счастье, однако жить счастливо мы не умеем. Мы не умеем любить. Как часто мы слышали истории о взаимоотношениях двоих, которых мы лично не знаем, однако из верных источников нам известно, что они существуют и живут с улыбкой на лице и с нежным чувством в сердце. Вера в то, что в толпе, соприкасаясь с нами плечами, ходят влюбленные юноши и девушки заставляет нас думать о том, что однажды и мы будем в их числе. Однако время идет, и мы стареем, а все же не приходит это чувства и лишь намеки на него изредка стучат в дверцу нашей души. Тогда возникает вопрос: а есть ли любовь? Мы спрашиваем у друзей: видали ли они ее? И тогда находится тот, кто вновь расскажет историю о неком Питере и Элис. Вот у них то чувство, вот у них то счастье! А если им оно даровано, то, очевидно и безусловно, оно существует. Успокоенные этими выводами мы вновь ждем, вновь надеемся, что когда-то и нас посетит любовь.
Но когда любовь все же приходит, когда она с нами, когда, о чудо!, Боги расщедрились и дали нам вторую половину, то что же с ней делать? Что делать, если она документами и законами привязана к трупу былых отношений? И ты смотришь на это любовь и дивишься тому, как глупы мы были, когда просили о ней. Ведь лучше быть одному! Но нет, теперь ты любишь, теперь ты хочешь большего, теперь ты готов зубами вгрызаться в металлические кольца, скрепляющие твою вторую половину и то - былое, что уже мертво, а все же чего-то да хочет, чего-то да требует. Ты даже можешь освободить свою любовь, а она все равно несет мертвечиной. И грустно тебе, и хочется уж не любить больше! Но единожды познав это чувство, ты вновь возвращаешься к нему, в каком бы виде оно не было б. Всегда ты можешь вспомнить, как вы встретились, как понравились друг другу. И этим быть довольным.
- Ты будто и не изменился, - делает выводы Остара Маккензи, выдыхая дым в жесткие волосы. Мужчина, чья голова покоилась у нее на груди, как будто не придал ее словам значение, а Тара и не нуждалась в ответе. Погладив голые плечи Тиберия, она закрыла глаза. Восхитительные спокойствие ощущала она. Никто не кричал, не звенела сталь, не было срочного дела, нуждающегося в ее участие. Должно быть так люди чувствуют уют: ноги в тепле, голова пуста, тело укрывает другое тело.
Наклонившись Маккензи целует Тиберия в темечко. Она и подумать не могла, что найдется человек, которого она полюбит и будет относиться к нему, как к другу, как к мужу, как к сыну. Она с материнским трепетом беспокоилась о нем, что стало для Тары открытием. Настоящая, не поддельная эгоистка она не думала о других. Сестры и кузен ее были молоды, отец здоров и полон сил, бабушка и дедушка вовсе казались бессмертны. Остару Рослин Маккензи волновала только она сама. Но потом в ее жизнь своей упругой поступью пришел Тиберий.
- Ты помнишь, что я сказала тебе при первой встрече?
Она живо представила просторный кабинет отца с большими окнами в пол и тяжелый дубовым столом по старой моде. Тара была молода, хотя с точки зрения времени пять лет, прошедших с того дня, это всего лишь мгновение. Она в целом не изменилась с тех пор. В Шотландию она вернулась работать, но не планировала остаться в стране и жить здесь. Она разрабатывала новое оружие и уже осенью планировала уехать во Францию на конференцию.
Стояло жаркое лето. На ней было надето тонкое ситцевое платье. Оно было белым в мелкий голубой цветочек. Тара с жаром спорила с отцом, по одному им известному поводу, а о каком она уже и не помнила. В самый разгар обмена мнениями на повышенных тонах в дверь постучались. Секретарь известил о приходе посетителя, которого тут же пригласили в кабинет. В дверь вошел молодой человек, одетый как денти. Выглядел он раздражающе уверенно. Эдакий щеголь, только что вышедший из мужского клуба, от которого еще несет сигаретами и виски. Остаре тут же захотелось закурить и выпить.
- Отец представил нас. Я тогда подумала, что в жизни не видела таких начищенных ботинок. Ты весь сиял, как рождественский подарок. Я могла бы спросить Па: “Это мне?!”. Но он тут же осведомился о здоровье твоей жены, словно пометил Тиберия МакЛагена крестиком, - Тара усмехнулась, поднося сигарету к губам, но продолжая говорить. - Тогда я решила узнать, нет ли у тебя брата, а лучше всего близнеца. И, как оказалось, брат у тебя все же был, и тоже женатый. Прощаясь с тобой, я предположила, что Шотландия не так велика и, возможно, мы еще увидимся. Что ж, я была права.

3

Знаете, чем вы платите за успешность, за удачливую манеру решать дела быстро, но с умом? Своим спокойствием. Лицо Тиберия обманывало всех напускным спокойствием и расслабленностью. Он знал, что был привлекателен. На него было приятно смотреть, рядом с ним хотелось находиться подольше. Природа щедро наградила его пухлыми губами и великолепными скулами. на четкую линию подбродка можно было молиться Богам Красоты. Но была и заслуга МакЛаггена. Он сам добавил к этому мягкость, кроющуюся за каждым его движением и выражением лица, лишь холодные, задумчивые глаза были временами сосредочены. Он подкупал с порога, пока никто не успевал опомниться и понять кто перед ним. Он подобающе одевался: всегда со вкусом, аккуратно, чисто, стильно. Он создал свой бренд в виде себя самого и кодекса своих правил, которые он не нарушал. Сильным характером его наградила природа? Возможно. Он не вымучивал из себя слов, признаний, жестов. Он делал то, что считал правильным и в этом не сдерживал себя, лишь хорошо продумывал стоит ли заметать следы и брать хитростью и нетривиальностью либо подойдет прямой и сильный удар под дых. И вот весь такой аккуратный, словно только что нарисованный художником, он лежал на самых лучших в этом мире женских ножках и животике и осознавал, что понял, что же успокоит его сердце. Мысли о ком позволят заснуть ему вечером, не прибегая к зельям или другим методам обмана беспокойных гусиков на чердаке его разума. Его самое лучшее снотворное и возбуждающее в одном флаконе, как и полагается, было запрещенным препаратом. Остара была запрещена глупым ритуалом девятилетней давности, она была бы осуждена обществом, которое не волнует насколько она хороша и какими моральными качествами обладает, они все равно повесили бы на нее ярлык, клеймо, словно она тупая скотина. Какие же они дураки. Нет. Какие же они несчастные. Они не видят ее глаз так как видит их МакЛагген. Достаточно лишь ее глаз, чтобы Тиберий поверил, что рай существует. Достаточно лишь ее голоса, чтобы услышать музыку из других миров. Имеет ли он право на все это?
Вместо ответа он лишь хмыкает и проводит рукой по ее бедру. Затем Тара целует его в голову и он понимает, конечно, он имеет право. Ведь ничего более естественного, чем быть с ней. И даже если сам Локи явится сюда, он не сможет предложить ничего более привлекательного. Мужчина поднимает глаза на возлюбленную, задумчиво любуясь ей. Они как грациозная царская пара. Бесконечная нежность дает им ощущение внутренней власти и богатства.
- Да, я сразу заметил в тебе что-то особенное. И вечерами вспоминал нашу встречу. Росс направляет руку Остары к своим губами и делает затяжку. Губы касаются ее пальцев и он замирает, наслаждаясь моментом.
- Ты можешь сейчас начать думать о всех мужчинах плохо, но этими вечерами я гадал, в какой позе тебе нравится заниматься любовью. Но потом мои мечты стали мешать мне заботиться о жене и я старался общаться с тобой только по рабочим моментам, хотя, конечно, хотелось и просто поболтать. И я был очень рад, когда твои родственники пригласили меня на охоту! - он бросает на нее лукавый взгляд.
Тиберий встает, одевает брюки и накидывает рубашку по привычке аккуратно заправляя ее, оглядывается на кровать:
- Принести тебе кофе в постель? - он видит ее ищущий взгляд и добавляет:
- Твои сигареты закончились. Могу предложить тебе свои, я взял вишневых на пробу.
В окно бьет яркий свет и словно магнит притягивает к себе. Как же приятно в такие дни гулять, дома сидеть просто грех.
- У меня есть идея лучше! Пойдем в кафе на углу! Посидим на открытой веранде. Ты можешь одеть короткое платье, чтобы прохожие спотыкались, видя твои ножки в проходе! Ладно, ладно. Про платье шучу. Но про остальное - я серьезно.
Тиберий любовался тем, как Маккензи одевалась, крутила в руках шпильки, раздумывая стоит ли заколоть волосы. Короткий поцелуй обозначал, что она полностью готова.
- Ты знаешь, я очень переживал, когда полгода спустя после нашего знакомства ты пропустила благотворительный бал, потому что решила проверить документы перед выходом нового пистолета. Когда я не смог отговорить тебя перенести этот бумажный ад, я даже удивился. Девушки кокетничаю, переживают даже ноют, когда так происходит. А ты была абсолютно спокойна, словно сказала, что предпочтешь интересный роман обычной вечерней прогулке.

Отредактировано Tiberius McLaggen (2017-11-22 23:54:07)

4

I, cry, when angels deserve to die
Они жили нормальной жизнью, как делают это другие пары. Ведь не все имеют возможность вместе пойти в хороший ресторан, чтобы заказав бутылку вина, держаться за руки и ворковать друг другу глупые нежности. И все же Остару Маккензи часто видели в обществе Тиберия МакЛагена, но и мужчина и женщина утверждали, что связывают их одни лишь деловые отношения. В обществе влюбленные не имели права задерживать взгляд друг на друге дольше приличного, прикасаться, выкуривать одну сигарету на двоих. А наедине они могли оказаться лишь в ее доме. В их доме! Здесь не знали вида и духа жены Тиберия. Как Тара к ней относилась? Нормально. То была вполне себе земная женщина, “без шестых чувств”. К ней ревновать можно было, как кошке. МакЛаген ее гладил, чесал за ушком, когда супруга была недовольна, а Маккензи на них смотрела. В отместку она заводила интрижки. Однако ей другие мужчины были неприятны. Они грязны. И бесчестны. Тиберий был хорош хотя бы тем, что вот он: женатый мужчина за тридцать, без детей и отвратительных предпочтений. Единственный его недостаток - любовница.
Но Остара действительно его любила! Она жизни не представляла без него. Он стал ей необходим, как сигареты или воздух.
[float=right]http://funkyimg.com/i/2AaDw.gif[/float]- Я к тому времени остыла к обществу, - отвечала Маккензи, опустив взгляд. - Я всюду побывала, зная, что там увижу тебя. Но ведь это было насилие над собой! Я пыталась, Росс, я правда пыталась просто смотреть. Будто ты на витрине роскошного магазина и я прихожу к этому магазину и любуюсь мистером МакЛагеном, в комплекте к которому идет супруга. - Тара взглянула на возлюбленного, вспоминая бесконечные вечера, когда ее возбуждало одно лишь его присутствие. Заговорит ли он с ней? Посмотрит на нее? Нравится ли ему ее платье? А не хочет ли он его снять? Но Тара ограничивалась только мыслями. О, впервые в жизни Остара Маккензи была святой! Она уважала брак. Она ненавидела свою мачеху и никогда не хотела бы стать ею. - Но, видимо, я слаба. И ты - моя слабость. Я выкрала тебя из магазина. Я - настоящая воровка! - Улыбаясь счастливо и заразительно она кладет руки Тиберию на плечи и целует его, как собственница, осознавая все свои грехи и обещая однажды за них заплатить. Ей казалось, она никогда не насытится им.
Спустя сладостные минуты хрипло, со сбившимся дыханием Маккензи смогла продолжать.
- Я отказалась пойти на бал в тот день, ибо не было больше сил! Я хотела тебя. Я думала даже уехать в Америку, лишь бы не искушать судьбу. Но ты предложил остаться со мной. И…
Она помнила каждую деталь: свет, температуру, запахи. Она ощущала себя неживым, бестелесным созданием, сотканным из счастья. Когда он был в ней, весь мир исчезал. Оставались только они вдвоем. И это было правильно.
Ей было стыдно. Ей было горько от того, что она стала виновницей адюльтера. Но как могло быть иначе? Ведь это супружество - ошибка! Они созданы друг для друга. Их разделяют лишь кольца, которыми обменялись дети, не зная настоящего чувства.
- Когда моя тетушка узнала о нас, то поняла, что я стараюсь не ходить на приемы, где будет миссис МакЛаген. Тогда она заставила меня! И я смотрела в глаза твоей милой женушке и врала ей. Я говорила Айви, что у вас даже нет детей. Она кричала на меня в ответ.
Потом узнал отец. Но Рой никак не отреагировал. Тара знала, что своей жене он тоже изменял. Ей было противно уподобиться Па, и все же… Она пыталась убедить себя, что любовь все прощает.
Надев платья Маккензи берет МакЛагена под руку и трансгрессирует в не магический Глазго, где их никто не узнает. Там они могут быть самыми обычными людьми.

Отредактировано Ostara Mackenzie (2017-12-12 14:50:45)

5

Айлин делала вид, что с их браком ничего не происходит. Старалась вести себя ровно и таким же негромким, нежным голосом спрашивала Тиберия за завтраком будет ли он яичницу с беконом и апельсиновым соком или предпочтет кашу и крепкий кофе? Иногда она говорила это даже ласковее чем обычно, иногда, наоборот, с тихой отрешенностью. МакЛагген же видел все. Говорят мужчины не внимательны к своим женам. Но не все мужчины, только глупые, поверхностные. Шотландец видел как задумчиво начала снимать сережки по вечерам его законная супруга, словно боялась, что холод кровати подтвердит все ее, начавшие зарождаться опасения. Словно искала способ избежать этого холода и внутреннего одиночества. Да, видимо так она и чувствовала себя. Ведь она никогда не начинара разговора с ним на тему есть ли у Тиберия еще кто-то и что происходит с их отношениями? Что ей теперь со всем этим делать? И может ли она вообще что-то сделать? Через несколько месяцев этот замедленный ритуал подготовки ко сну закончился и, кажется, Айлин даже дышать стала свободнее, но самый светлый час, перед сумерками надвигающегося вечера. Возможно ей кто-то рассказал что-то, может даже и придумал, а может вещи МакЛаггена слишком часто стали пахнуть женских парфюмом. Определенным парфюмом. Он стал чувствовать как напряжение в собственном доме давило на плечи, пряталось невидимым мхом на стенах, сгустками пыли, заражающей воздух. Сложно было найти дома место, чтобы отдохнуть. Но худенькая брюнетка во время задумчивости лишь сильнее сжимала кольцо на безымянном пальце и стискивала зубы. Она не даст ему развода, она будет до последнего стоять за свой брак, это было очевидно. Как будто брак, это все, что у нее осталось в жизни и словно зверь загнанный в тупик, она не отступит.
- Значит моя интуиция не подвела меня. Я чувствовал, что тебя нельзя было тогда оставлять одну, я не знал способна ли ты наделать глупостей, ведь ты самая рассудительная из женщин, которых я встречал, но решил не искушать судьбу. А после, как только ты сильнее разожгла камин, я сразу понял чем закончится этот вечер. Еще до этого дня я сомневался, ведь я был несвободен, что я мог дать тебе? Бессонные ночи под полной Луной? Но ты... Ты особенная, я никогда не встречал никого подобного. Таких как ты больше нет. И если нашей встрече суждено было случиться, значит я величайший глупец, если буду противиться своим желаниям.
Тиберий помнил как смаковал тот день. Он сперва коснулся ее руки и Остара ответила ему, крепко ухватившись за его ладонь, как будто, он мог уйти, как будто она выражала всю серьезность своих чувств. Это не просто флирт или кокетство. Это более серьезное чувство. Она словно говорила ему: "ты уверен? Ты твердо решил? Это не будет просто игрой Я пойду дальше в любом случае, но сперва я хочу знать". А потом его ладонь стала подниматься выше, по предплечью и плечам. Прикосновения дарили столько ощущений, словно десять Тибериев в этот момент касались десять Остар и все эти ощущения усиливали друг друга. Светлая, гладкая, нежная кожа подобно праздничной скатерти обещала самый вкусный десерт по случаю особенного дня. Дня, когда они наконец-то посмотрят в глаза друг другу и им не надо будет прятать в складках морщинок глаз или улыбки двойное дно своих мыслей и желаний. Он легонько дотронулся до шеи и больше не смог сдерживать притяжения, ее губы требовали внимания...

Они выбрали открытую веранду, всю залитую цветами: на полу рядом со столиками, в подвесных кашпо, на подоконниках и, конечно, на столиках.
- Ты знаешь, после той ночи я уже под любым предлогом приходил к тебе. И мне очень нравится работать с тобой. Обычно дружеские отношения портятся, если смешивать их с рабочими. Но с тобой мне нравится даже ругаться. Если ты перечишь или просишь чего-то, я знаю, что все это не спроста, не из-за капризов. Даже если я все же рассержусь на тебя, ты тут же заставишь меня смеяться над тем, как это глупо. Помнишь, когда я был уверен, что нам следует отказать в иске сэру Бартоломью, но ты сказала, что мы должны пойти на компенсацию? Я долго пытался объяснить тебе, что вся правда на нашей стороне с точки зрения закона. Но оказалось, что он хотел огласки и шумихи вокруг своего дела, чтобы повесить на нас убийство пятилетней давности. Он сам убрал защиту с нашего пистолета, чтобы все выглядело так, словно они опасны. Главное было чтобы пресса начала смаковать новость. 

Отредактировано Tiberius McLaggen (2017-12-12 00:08:16)

6

И таких как ты тоже больше нет. Остара в этом была убеждена. Поверьте и вы, ведь она искала. На всех континентах не нашлось мужчины, который смог удовлетворить ее взыскательный вкус. Возможно, конечно, что беда их заключалась лишь в том, что Маккензи до этого не любила. И все же есть признаки, качества по которым мы отсеиваем перспективных партнеров. Так Тара не терпела глупости, банальности и пустоты. Нет, она не нуждалась в человека одухотворенном, религиозном. Но ей хотелось, чтобы избранник ее во что-то да верил. Так Тиберий обладал непоколебимой верой в себя, как в Бога, как решение любого вопроса. Он знал, что смог бы сделать лучше чуть ли не все. Если бы он стал колдомедиком, то, безусловно, самым уважаемым. А в случае, когда б МакЛагену довелось поступить на службу банк, то он бы обогатил своих клиентов. И Тара подчинялась этому мнению. У нее, как и у Тиберия, не оставалось сомнений в талантах мужчины, его превосходстве над всеми остальными.
А, впрочем, они друг друга стояли. Маккензи также ставила себя выше прочих женщин, но главное, выше Айлин. Глядя на свое соперницу, она понимала, что умом и внешностью превосходит ее. И все же выигрывала и будет выигрывать эту вечную битву законная супруга, а вовсе не любовница. Прав у нее на Тиберия было больше, когда Остаре оставалось только смотреть и ждать, когда опротивившая жена ухитриться завести ребенка. Тогда Тиберий навсегда будет потерян для Тары. От того каждая их встреча была, как последняя, а в отношениях присутствовал горький привкус трагизма.
На террасе она закурила, заказала вина и что-то поесть. После Тиберия Тара всегда была голодна. Трахал он ее то же, как в последний раз. Как будто завтра кто-то из них сдохнет и оставит вторую и, возможно, лучшую свою половину в одиночестве. Смогут ли они прожить друг без друга или как редкие птицы предпочтут умереть следом?
- Но все же были ссоры, которые если и не стали точкой, то точкой с запятой уж точно были!
Ей одно было противно, что нет равноправия между ними. Ведь Тиберий спал с женой. И в тоже время узнай он о том, что у Остары есть другой, то взбесился бы. А ей неприятно было проигрывать ему по количеству партнеров. Как будто у них было соревнование! И она завела себе основательного, умного джентльмена, у которого не было жены. Пожалуй, это было единственное его преимущество. Но все же с ним Таре не было так грустно, когда в нескольких киллометрах от ее дома мистер МакЛаген примастился к своей миссис.
- Помнишь Шона? М, прекрасный представитель нашей компании из Америки. Я была очень рада вас познакомить. Другие женщины выливают на одежду своих обидчиков бокалы с чем-нибудь алкогольным, а я бросила на тебя Шона и делай с ним, что хочешь.
После этого они решили расстаться. Кто бы вынес подобное? Никогда они не обладали друг другом полностью. И казалось, что если быть вместе не возможно, так зачем все это?


Вы здесь » luminous beings are we, not this crude matter » mackenzie » [лето 2003] Where would I be without you?