Skylar Elena van der Reijden
Скайлер Елена ван дер Рейден

http://funkyimg.com/i/2RTXb.gif http://funkyimg.com/i/2RTXc.gif
Victoria Pedretti

http://www.pichome.ru/images/2015/08/31/3FqWcfL.png

ЧАСТЬ 1. ЗНАКОМСТВО
I. Нельзя цепляться за мечты и сны, забывая о настоящем, забывая о своей жизни
Правда – это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь. А потому к ней надо подходить с превеликой осторожностью

1.1. Сокращенное имя, прозвища: настоятельно предпочитает, чтобы её называли вторым именем. Часто слышит оставшееся с детства muisje (мышка на датском) за негромкий нрав, младшинство и, вероятно, любопытное выражение лица с блестящим взглядом, которое вызвало у старших родственников стойкую ассоциацию. Борется с братом, чтобы перестал называть её Скай.
1.2. Дата рождения: 29 февраля 2012 года.
1.3. Чистота крови: чистокровная.
1.4. Факультет, год выпуска: Шармбатон, 2030. Стажировалась в Ильверморни с сентября 2025 по февраль 2026 и была распределена на Пакваджи.
1.5. Место работы, должность: наследница MS Reijden, в будущем – целительница первой помощи.
1.6. Лояльность: семья, и не столь важно родились вы в неё или стали со временем.
1.7. Волшебная палочка: ива, волос единорога, 12 ¼ дюймов.
1.8. Артефакты:
— Зачарованное карманное зеркальце, сделанное и подаренное на шестнадцатилетие Эваном в двойном экземпляре, передает второму несколько секунд отражения того, кто открыл его. Как и стоило ожидать, ван дер Рейден использует его, чтобы ежедневно корчить гримасы кузену и получать соотвествующие исходящим сообщениям ответы.
— Кулон с камешком из бирюзы, подаренный Ноа Мюллером во время её младших курсов, который девушка носит, не снимая, с тех пор, как побывала по ту сторону жизни и вернулась обратно. Не обладает никакими магическими свойствами, но несёт в себе куда больше значимости, чем может показаться.
1.9. Патронус: выдра; обучена в школе с 2029 на 2030 год.
1.10. Магические способности:
— Как и многие в семье Маккензи, Елена не избежала дара «чувствительности», который, если спросить у самой девушки, больше напоминает ей проклятье. Елена – эмпат, и помимо того, что волшебнице не составляет труда угадать чувства человека напротив, порой она невольно заражается последними, в особенности, если они глубокие и сильные. Своих родных волшебница чувствует даже на расстоянии, предвещая беду часами, а иногда и днями ранее. В редкие моменты её реакции доходят до такой крайности, что ван дер Рейден падает в обмороки на ровном месте.
— Елена – волшебница с большим потенциалом, избирательно относящаяся к тому, чему уделять время. Будь ей интересна боевая магия, она бы обязательно преуспела в последней, но девушка всегда сторонилась агрессии и воинственной азартности, позволявших выбиться в первенство в классе. Это не помешало ей приобрести необходимые навыки для выбранной профессии и иметь возможность постоять за себя в критической ситуации.
— Многие ожидали от ван дер Рейден талантов к прорицанию, которые, разумеется, имелись у неё налицо. Однако наученная плачевным опытом матери, она с опаской относилась к предмету и настойчиво закрывалась от своей предрасположенности. Тоже произошло и с дополнительным курсом окклюменции и легилименции. Начав слышать мысли людей вне собственного желания, Елена прекратила стараться, сдала экзамен на достойный балл и больше никогда о нём не вспоминала.
— Преуспела в зельеварении и заклинаниях, направленных на её карьеру колдомедика. В состоянии содержать свой собственный сад для изготовления зелий, но на данный момент предпочитает пользоваться уже готовыми покупными ингредиентами. Спасибо всё той же «чувствительности», ей легко угадать, если с растением что-то не так. То же самое распространяется и на животных.
— Хорошо держится на метле, но волшебному спорту всегда предпочитала поло на конях. Не испытывает проблем с использованием другого магического транспорта и трансгрессией.
1.11. Немагические способности:
— Благодаря разноязычным родителям говорит на датском и английском без всяких затруднений. Занималась французским перед поступлением в школу и довольно быстро заговорила как носитель после. Вдохновленная старшекурсником из Германии, Елена задалась целью заговорить на последнем с помощью однокурсников-немцев, в чём преуспела. Стоит добавить, что хроший слух и талант к языкам позволяют девушке говорить без заметного акцента на совершенно непохожих друг на друга языках. Елена понимает шотландский, однако не может и не хочет говорить на языке «воинственных приматов». Бралась за испанский во время стажировки в Ильверморни, но без практики довольно быстро потеряла навык и на данный момент способна поддержать лишь примитивный диалог туриста.
— Занималась балетом с раннего возраста и по сей день, поэтому не удивляйтесь, если застанете ван дер Рейден, опирающейся пяткой о люстру – ей так удобно. К тому же, Елена знакома не только с балетом и без сомнений поддержит вас в стремлении покорить улицы латинского квартала, где бы он ни находился.
— Как и любой ребёнок, гостивший хотя бы несколько месяцев у шотландских или американских Маккензи, прекрасно держится верхом. Елена не бросала верховой езды учась в школе, состояла в конском кружке и, если количество людей позволяло, участвовала в воскресных играх в поло, а, возвращаясь домой, пользовалась домашней конюшней, чтобы не терять навык.
— За время каникул, проведённых на Фрипп-Айленде, Елена научилась стрелять по банкам, кататься на мотоцикле и стоять в широко расправленными плечами после бутылки эльфийского вина, но об этом лучше никому не знать. В особенности, её родителям.
— Кроме хорошего слуха, Елене достался приятный голос и легкая рука. Она не может похвастаться талантами человека-оркестра, отдав своё единственное и последнее предпочтение домашнему фортепиано, зато всегда готова наигрывать фоновую мелодию, не выматываясь долгое время.
— Может содержать дом в чистоте и порядке, накормить голодных, заштопать порванных (одеждой или телом, не столь важно) и, в принципе, выполнила бы своё предназначение достойной жены, найдись достойный муж.
1.12. Животные: черный виргинский филин Локи, подаренный семьёй перед отъездом в Шармбатон. И если вы думаете, что имя, данное филину, слишком громкое для обычной совы, вы просто не видели актёрские таланты «вечно голодной» птицы.

Результаты Ж.А.Б.А.

Базовые предметы:

Основы этикета П

Бальные танцы П

Магический транспорт: история, теория, практика П

История магии В

Прорицание П

Основы целительства П

Защита от тёмных искусств В

Зельеварение П

Основы этикета и дипломатии П

Заклинания П

Трансфигурация В

Знакомство с магическими существами П

Знакомство с магическими растениями П

Введение в музыку и изобразительное икусство П

Магловедение В

Уход за магическими существами В

Введение в историю магии П

Введение в магическое искусствоведение П

Дополнительные предметы:

Защита от тёмных искусств В

Целительство П

Травология П

Уход за магическими растениями П

Артефактология В

Легилименция и окклюменция В

http://www.pichome.ru/images/2015/08/31/3FqWcfL.png
ЧАСТЬ 2. ЖИЗНЬ
II. В тёмные времена, хорошо видно светлых людей...
Жизнь не обязана давать нам то, чего мы ждем. Надо брать то, что она дает, и быть благодарными уже за то, что это так, а не хуже.

2.1. Место рождения: Роттердам, Нидерланды.
2.2. Место проживания: долгое время жила в родном доме в Роттердаме; с апреля 2029 года находится в Бостоне, Англии; часто перемещается по земному шару, не имея собственного постоянного жилья.
2.3. Родственные связи: брат-близнец Стефан Эрик ван дер Рейден [Stefan Erik van der Reijden], второй и главный наследник MS Reijden. Если углубляться в семейное древо, то можно сломить ногу, перечисляя всех родственников, чьи имена и дни рождения Елена помнит наизусть, исправно отправляя открытки на праздники без напоминаний. Пожалуй, если кто и подсказывает семье, что кому-то надо немедленно написать поздравительное письмо, то это волшебница.
2.4. Биография:

ДЕТСТВО:
Скайлер появилась на свет на несколько минут раньше своего брата-близнеца на пороге весны в день, повторявшийся лишь раз в четыре года. Стефан был долгожданным наследником, а Скайлер неожиданным дополнением, и если вам кажется, что её заслуженное «первенство» что-то изменило... вам определенно кажется. Разумеется, девочке были рады в той же степени, если не больше. В конце концов, если задача Стефана была вырасти в достойного приемника, то урожденной миссией Скайлер стало приносить радость: широко улыбаться, вызывать у гостей неконтролируемые приступы умиления и вздохи, стоило пронырливой девчушке усесться за огромный инструмент в центральной части приемного зала и опустить руки на клавиши. И у неё неплохо получалось.
Стефан был громким, Скайлер тихой. Мальчишка бегал по коридорам, задевая дорогие вазы, пока она гуляла в саду, собирая созревшие цветки в букеты матери. Скайлер всегда думала, прежде чем сделать, Стефан срывался в бой по щелчку пальцев. И если вопрос о выборе приемника поначалу оставался в силе, с каждым прожитым ими годом родители всё больше убеждались – Скайлер не стоять во главе компании, у неё просто-напросто не было для этого стержня.
Но он был, пускай, оставался незамеченным ещё долгое время. Он был в присущем Скайлер упорстве, с которым девчушка рвалась в отцовский кабинет, стараясь незаметно обогнуть озвученный запрет подслушивать взрослые разговоры. Он был в её неотступной старательности, с которой волшебница бралась за любое дело, что ей подсовывала родительская фантазия. Днями напролет она заучивала данное репетиторами произведение на фортепиано, не жалуясь, не хныкая вставала в пуанты, несмотря на стертые в кровь пальцы ног. Строгая учительница по-французскому вечно жаловалась на Стефана, хваля усердие Елены, но отец видел то, что хотел видеть. Стефан не подчинялся дисциплине, а, значит, Стефан был готов бороться с нерадушным миром. А волшебнице не оставалась ничего, кроме как смириться.

ДЕТИ МАККЕНЗИ:
Скайлер и Стефан были рождены в два влиятельных известных клана, отчего с раннего возраста знакомились с многочисленными кузенами и кузинами, приезжавшими со всех берегов света. Впрочем, если с кем дети и сблизились, то ими стали три сына и дочь старших сестёр матери. Чарли, Бонни, Мелли и Винни появлялись в их жизнях на праздники, на школьные каникулы и вне всякого веского повода. Разумеется, Стефан всегда был в центре внимания мальчишек, а что же до Скайлер? Ненавязчиво она ходила хвостом за старшей кузиной, стараясь не слишком докучать последней. Однако её самыми любимыми путешествиями стали те, что они проводили в огромном белом поместье на Фрипп-Айленде – в гостях у единственного сына и будущего наследника Маккензи.
Эван отличался от других мальчишек. Он был куда усидчивей и вдумчивей, и дело было даже не в его слабом здоровье. Рядом с ним Скайлер не беспокоилась за то, что могла помешать или надоесть. С горящими глазами слушала его истории, играла в фигурки драконов и бережно хранила все самодельные презенты, сделанные талантливыми руками волшебника. Сколько она себя помнит, Скайлер всегда величала его братом, гордо задирая подбородок, и не один раздражённый комментарий Стефана, что ей стоит научиться различать названия родственников, не мог переубедить её.
Общение с Эваном Маккензи во многом повлияло на то, кем Скайлер является сейчас. Именно благодаря Эвану в будущем она обратилась к книжкам по колдомедицине. Именно благодаря нему прекратила расстраиваться о том, что старшие дети не брали её в общие игры, переключив свою энергию на более полезные занятия. И благодаря нему научилась держаться семьи, как бы тяжело это ни давалось.

ШАРМБАТОН, НАЧАЛЬНЫЕ КУРСЫ:
Волшебные способности Елены проявились рано, но не сразу были определены таковыми. «Связь близнецов», — говорили родители, выслушивая жалобы волшебницы о болящей коленке, когда Стефан раздирал свою собственную на заднем дворе дома. Не один раз, сонно потирая глаза, Скайлер спускалась провожать отца на работу и твёрдо просила не брать этот зонт. «Детские проказы», — продолжали сомневаться Юнона и Сибрен, предполагая, что дети поломали несчастный зонтик задолго до утреннего предупреждения. Впрочем, в какой-то момент игнорировать очевидное стало невозможно. Сама того не понимая, Скайлер не только чувствовала людей вокруг, но и умудрялась предугадать плохое самочувствие кузена по ту сторону океана до того, как семейный филин доставлял срочное письмо на следующий день. Родительские беспокойства развеялись в конец, когда на обеденном столе было обнаружено два письма из Шармбатона: для Скайлер и Стефана ван дер Рейден.
Волшебница грезила попасть в Ильверморни, только кто бы ей позволил? Тем не менее, Елена вовсе не расстроилась оказавшись в южной Франции. Огромные территории, высокие стены замка и всякое отсутствие родительского надзирающего взгляда – её первые года были самыми счастливыми! Не желая расстраивать семью и пускать по ветру вложенные в неё силы, она исправно ходила на бальные танцы, продолжала заниматься музыкой и конным спортом. Ван дер Рейден была старательной студенткой, не по годам осознанной и понимающей, что хорошо сданные «скучные» лекции позволяли открыть множество дверей в будущее. Её существование в школе можно было бы назвать идеальным периодом, если бы не одно «но».
У Елены не было подруг. Приятельницы, старшие девочки из общих кружков, но ни единой души, с которой бы Скайлер плела браслеты дружбы и могла обсудить всё на свете. Она смотрела на Стефана, окруженного бандой фанатов, и не понимала, что с ней не так. Она не была ни грубой, ни злой, Елена всеми силами старалась вписаться в общий коллектив, но всегда оставалась странной девочкой, не желавшей прогуливать уроки и садиться на заднюю парту, потому что «там не слышно учителя», вечно в центре внимания дружков брата-близнеца, неугомонно дергающих розовощекую ведьму за косички, и ходившую хвостом за старшекурсником, который «даже не играл в квиддич»! И, пожалуй, последний заслужил отдельную полку в воспоминаниях девочки.
Казалось бы, он не сделал ничего особенного: помог собрать рассыпавшиеся в разные стороны бусины, из которых Скайлер собиралась сплести соседкам по комнате браслеты, и показал потерявшейся первокурснице путь к кабинету, где проводилась лекция. Ничего особенного для Ноа Мюллера, для Скайлер юноша стал олицетворением образа рыцаря из книжек, приходившего на подмогу, когда она смертельно необходима. Стоит ли говорить, что, вероятно, сам того не желая, он обзавелся верным хвостом, преследовавшим его до самого выпуска? Она пыталась быть ненавязчивой, боясь, что начнёт раздражать юношу явлениями из-за угла с печеньем, открыткой на День Святого Валентина или вопросом по сложному курсу. Однако, на удивление, на начинала, становясь верным советчиком по вкусной еде в столовой, партнёршей в бальном кружке и обладательницей главного детского сокровища – кулона, подаренного Ноа Мюллером, который она бережно хранила все последующие года.
Сколько слёз было пролито, когда Ноа Мюллер сел в поезд с дипломом, который увёз его в увлекательную взрослую жизнь! Разумеется, она держалась изо всех сил, улыбчиво провожая старшекурсника, махнувшего ей из окна вагона на прощание, и даже не стала просить писать ей письма, понимая, что её школьной дружбе с юношей было суждено остаться односторонней. Вернувшись в Шармбатон на следующий год, первые месяца она ещё расспрашивала о судьбе волшебника, но со временем угомонилась. Тем более, что последующие курсы становились всё скудней и скудней на светлые события, постепенно подтирая добрые воспоминания, хранившиеся в коридорах французской школы.

ИЛЬВЕРМОРНИ:
Её стажировка в американской школе дала волшебнице второе дыхание. Нервно сжимая кулачки, Елена невольно ждала худшего – ведь кто мог дать гарантии, что плохая карма на друзей не последует за ней на другой материк? Однако, вопреки опасениям ван дер Рейден была встречена, словно своя. Воодушевлённые «свежей» кровью американцы мгновенно бросились расспрашивать француженку об их обычаях, хвастать своей школой и подшучивать над двенадцатилетним циклом обучения для отсталых европейцев. К тому же, Елена была кузиной мальчика, заставившего четыре статуи очнуться, и без тени популярного своего брата-близнеца, ван дер Рейден наконец-то чувствовала себя на своём месте.
Странным образом, находясь в тысячах километров от родного дома, Елена ощущала себя как-никогда ближе к семье. Она провела рождество в особняке на Фрипп-Айленде, побывала в шумных кварталах Нового Орлеана и в свободные от учебы дни следовала за Эваном туда, где старший брат должен был появиться. Ей было всего тринадцать, но никто не смел обращаться с ней так, словно девушка была либо недоразвитой, либо абсолютной дурой. И, уезжая обратно во Францию, Скайлер плакала так, будто кого-то хоронила, а не возвращалась обратно домой.

ДО ШЕСТНАДЦАТИЛЕТИЯ:
На короткое мгновение, всё стало лучше. То ли забыв кто она такая, то ли повзрослев, однокурсницы бросили сторониться Елены и даже звали волшебницу на «закрытые» для простого народа встречи. Разумеется, клеймо девочки со странностями оставалось с ней, неизменно преследуя невлюбчивую недотрогу, настойчиво не понимающую что можно было найти в пустоголовых парнях с одной целью на уме. Она не была грубой, отказывая заинтересованным в ней мальчишкам, но грубой быть и не требовалось. Одно задетое эго, одна маленькая ложь и из невлюбчивой недотроги Скайлер превратилась в доступную девушку, которой интересны далеко не отношения. За ней присвистывали в коридорах, тотчас разбежавшиеся подружки поджимали губы в тонкие осуждающие полоски и, казалось бы, вставший на защиту старший брат, сделал только хуже. Прибив ехидно отзывающегося о ван дер Рейден старшекурсника к стене, он не поскупился найти сестру позднее и добавить сверху. Ведь только она была виновата в том, что о ней думали. Она позволила себе оказаться в двусмысленном положении. Она была источником всех своих проблем. И разве можно не поверить даже в самые обидные слова, когда их говорит человек, должный быть тебе самым близким?
С каждым днём они оседали в ней всё больше и больше, и не было никого вокруг, чтобы сказать обратное. Родители не реагировали на просьбы забрать её домой, умоляя, не путать подростковый максимализм с правдой. Эван Маккензи, казалось бы, был совсем рядом, но ощущался как никогда далеко. А Стефан? Чем больше Елена молчала на колкие комментарии в свою сторону, тем сильнее брат-близнец злился на безвольную волшебницу, не дающую отпора. Только что она должна была сказать? Это не правда? Все и так знали, что правдой это ни было, и всем было абсолютно наплевать.
Скайлер поймёт, что натворила, слишком поздно, когда после очередной незначительной ссоры с семьей, решится использовать зелье живой смерти собственного приготовления... на самой себе. Её найдёт Стефан, начавший беспричинно задыхаться и мгновенно осознавший, что происходит без единой подсказки. Она никогда не будет гордиться тем, что сделала, искренне сожалея о секундном отчаянии, которое навсегда отпечатается на ней и, главное, на всех её близких. Но это произошло, и Елена не собирается прятаться от собственных плохих решений так, будто их никогда не было.

ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ:
После «инцидента», как нежно отзывались о попытке покончить с собой родители, в школу вернулся только Стефан. Разумеется, «приятели» девушки тут же подхватили слушок о преждевременной беременности ван дер Рейден, оставшейся вынашивать ребёнка в домашних стенах, но ей было уже абсолютно не до чужих небылиц. Коснувшаяся самого дна, Елена с новыми силами взялась за книги, больше не отвлекаясь от своей главной цели – стать колдомедиком.
Поначалу все тряслись над ней, будто над хрустальной, и стоически волшебница мирилась с чрезмерной заботой и волнением, стоило ей застрять в ванной комнате на лишние несколько минут. Но во всём это были и свои плюсы. К ней приезжали дети Остары, Эван помножил и без того частые письма до двух-трёх за неделю, а любой каприз, вроде просьбы устроить её на летнюю стажировку в госпиталь воспринимался как команда к действию.
Елену приписали к роттердамскому госпиталю – лучшее, на что могла рассчитывать девушка, под негласным домашним арестом. Свои плюсы в скромном заведении ван дер Рейден нашла быстро. Именно там она познакомилась с Джейком – аврором-американцем из МКМ, лежавшим у них в отделении травм и не скупившимся на развернутые рассказы о своих путешествиях. Он был галантным, храбрым и выглядел как тот самый размытый образ «принца из книжки», а, главное, он слушал её, замечал детали и поднимал ей настроение одной только улыбкой. Не удивительно, что по окончанию выписки, Елена собравшись с силами, дрожащим голосом попросила возможности писать ему и, что более удивительно, получила согласие.
Постепенно волшебница оправилась. Далёкая от Шармбатона и светской жизни, она больше не беспокоилась о ходящих про неё слухах, вернулась в балетную школу своего города и тратила большую часть свободного времени на учёбу и письма близким. Увы, в отличие от самой Скайлер, семейная рана была куда глубже. И на любую просьбу большей свободы, девушка получала твёрдый отказ, материнскую истерику и поджатые губы брата. Она понимала почему, но вовсе не собиралась с этим мириться до конца жизни.

НЫНЕШНЕЕ ВРЕМЯ:
Всё решилось одним днём, одним коротким письмом-отпиской, значившим, что Елена могла потерять человека, без которого не видела жизни, и вся её мягкость, уступчивость во благо и покладистость обратились железным решением немедленно покинуть Роттердам. Ей было больно от слез матери в той же степени, что и от отцовских попыток перекрыть ей дорогу – ван дер Рейден была непреклонна. Прошло больше года с тех пор, как её заперли в домашних стенах, словно птицу в клетке, и Елена не простила бы себе, не вырвись она наружу, когда была нужна Эвану Маккензи. К сожалению, как и ожидалось, она опоздала к моменту, когда брат был ещё в сознании, но осталась в Англии, ведомая уверенностью, что ещё понадобится здесь.
Предчувствие Скайлер оправдалось – благодаря безбашенности трёх английских барышень, которым было не наплевать на волшебника, они вытянули Эвана обратно в реальность. За короткий срок волшебница обрела людей, о которых могла лишь мечтать. Улица на два дома превратилась для неё в удивительное место, скопившее в себе разношерстных и дружных ребят, без сопротивления принявших её в компанию.
Елена не вернулась Роттердам, сколько её ни уговаривали. По очереди члены семьи ван дер Рейден являлись к ней на порог, поначалу упрашивая, затем угрожая лишением средств – ничто не могло поменять решения девушки, и им пришлось сдаться. К тому же, аргументов кроме волнений у них не было. Волшебница не бросила учебу, ведя исправную переписку с преподавателями из Шармбатона, и в срок сдавая все домашние задания. Она нашла танцевальные классы в Лондоне, на которые исправно являлась каждые выходные. Не желая стеснять Андерсонов своим присутствием, она переехала в родовое поместье Шотландии, где могла в полной мере проникнуться прошлым своих предков. Возможно, у неё не было расписанного по пунктам плана, но в финальной точке ван дер Рейден не сомневалась – она собиралась сдать экзамены в Шармбатоне и подать документы в престижный госпиталь, где получила бы все необходимые инструменты к становлению той, кем Скайлер себя представляла.
Осмелев и расправив спину, она даже стала выходить на светские приемы с кузенами и кузиной. Съездила в Америку на пару недель и вернулась, вдохновлённая позабытым южным колоритом Нового Орлеана. Не спеша ван дер Рейден принялась копать почву под брата-близнеца, не собираясь оставлять их разговор в больнице «последним», и, в целом, наконец вошла в спокойное течение, идущее в нужном направлении. Стоит ли говорить, что проскользнувшее имя Ноа Мюллера в один из вечерних разговоров с Эваном встряхнуло волшебницу, заставив ухватиться за свой кулон на шее? Конечно, она не была уверена в том, что знакомое имя не было совпадением, преследующим её со времен рассказа про драку на новогоднем приёме, но не могла не проверить. С лицом хитрой куницы Скайлер добилась официального приглашения от Эвана и, скрестив пальцы, собиралась проверить теорию не случайных случайностей на практике.

http://www.pichome.ru/images/2015/08/31/3FqWcfL.png
ЧАСТЬ 3. ХАРАКТЕР
III. Кто-то подпускает к себе только после трех шагов навстречу
Никто не любит нас такими, какие мы есть. Это коварное вранье. Нас любят красивыми, веселыми и жизнерадостными. И ухоженными.

3.1. Общая характеристика: Елена – вторая часть одного целого. Человек, разделённый на два разных тела, и если Стефан то, что видно за версту, то Елена – то, что ещё требуется разглядеть. Если Стефан – война, то Елена – долгожданное перемирие. Инь и Янь, солнце и луна, они словно отражение друг друга в кривом зеркале, и то, что у одного лежит на поверхности, спрятано глубоко внутри и другого.
Елена говорит тихо и размерено, ступает беззвучно, будто едва касается пола. Елене чужда публичность, ей не нужно ни внимание, ни чужое признание. «Сама себе на уме», – говорили родители, смотря на обособленную от шума и гама дочь, кропотливо занятую выбранным делом. И, всё же, сама того не желая, она выделяется на фоне сверстников. Талантом, старательностью, вдумчивым взглядом, будто перед вами сидит не юная девушка, а повидавшая жизнь старушка, утомленная ею раньше времени. Она не стесняется показывать то, что у неё получается. Будь перед ней два или двести человек, Елена всему отдаётся сполна, танцуя на приёме не хуже, чем на экзамене в бальном кружке, и наигрывая семье мелодию с той же отдачей, как если бы её слушал зал, полный гостей.
Будучи плохо знакомым с Еленой, легко недооценить её, определив волшебницу в касту молчаливых, безвольных девиц, созданных, чтобы радовать красотой. И, пожалуй, не найти более ошибочного суждения о Елене, чем ярлык послушной куклы. В её голосе достаточно силы, просто ван дер Рейден не растрачивает её почём зря. Прямолинейная, если Елена говорит, то делает это уверенно, не запинаясь, черпая незримые остальным силы из солнечного сплетения. Она не отрезает сгоряча, не бросается словами на ветер и предпочтёт затянуть молчаливую паузу, чем ляпнуть совсем не то, что хотела бы до вас донести. Она старается не перебивать, внимательно слушает и ненавязчиво «танцует на мысочках» вокруг своего собеседника, стремясь не задеть шуткой и не обидеть резким мнением. Это вовсе не значит, что Елена поступится своей правдой, окажись она отличной от вашей, но в то же время не станет совать её в чужую глотку, словно нет на свете ничего вкусней новой истины с послевкусием застрявшей в горле «кормящей» руки.
Ей не чужда ирония, и, если прислушаться, ван дер Рейден остра на язык, когда ситуация ей позволяет. Она может поддержать как шутку, над которой стоит подумать несколько минут, прежде чем разразиться смехом, так и нижепоясный юмор, от которых у чопорных стариков бледнеют лица и сворачиваются уши.
Елена заботливая. Благодаря своему «дару» и врожденной внимательности, ей нетрудно догадаться, когда говорить, а когда молчать. Её забота не похожа на родительскую гиперопеку или приставучесть по уши влюблённого подростка, интуитивно она чувствует нужное расстояние и держится на нём до тех пор, пока вы не подпустите волшебницу ближе. Она делает это без личной выгоды и без какой-то цели. Елена счастлива, когда люди вокруг неё счастливы, так что, в каком-то смысле, ваша улыбка от принесенной кружки горячего шоколада – это старание для себя любимой, как бы странно это ни звучало.
Она избегает конфликтов и споров. В особенности, «пьяного мордобоя с ударами кулаков в грудь о своей правоте». К здоровому диалогу, основанному на конфронтации, у ван дер Рейден нет ни единой претензии – если ваши с ней мнения расходятся, она либо найдёт компромисс, либо предложит разойтись по разным углам во избежание того самого «пьяного мордобоя», в котором вам придётся участвовать в одиночку. Вы никогда не услышите от неё ни криков, ни, уж тем более, личностных оскорблений. Как бы Елене ни было обидно, она быстрее будет взывать к вашему сердцу, чем лупить ответным огнём по больным местам. Она из тех людей, кто считает, что в мире и без неё достаточно боли и ненависти, так зачем добавлять?
Елена предельно искренняя. Она не стесняется собственных эмоций, смеётся полной грудью и плачет сердцем наружу. Какое бы чувство вы ни вызвали в девушке, вы будете знать об этом и первым. Елене не кажется постыдным, если её порыв останется односторонним. Она всегда выберет рискнуть и уколоться, чем навсегда задаваться вопросом о чём думал её собеседник. Может показаться, что ван дер Рейден крайне ранимая, но безобидные подколы, как и бестолковые обезьяньи игры не обижают волшебницу. Задеть её способен только действительно близкий человек, знающий, куда бить.
Её не назвать самоуверенной, однако ван дер Рейден определённо верит в свои собственные силы и не ломается при первой же неудаче. Елена считает, что знает свои сильные и слабые стороны, и стремится тратить своё внимание на те, что помогут ей достичь успехов, чем вздыхать над недостатками, которых не исправить. Если подумать, то задавшись целью Елена вообще теряет «сломаться» из карманного словаря. Когда волшебница во что-то верит, легче сдохнуть, чем переубедить её в обратном. Она даже не станет спорить – споры-то Елена не любит. Она просто встанет и продолжит переть бронепоездом дальше, заглушив назойливый фоновый звук несогласных.
Елена не терпит, когда ей указывают, что делать. Пожалуй, единственное, что способно заставить ван дер Рейден «взбрыкнуть», это бараний аргумент: «Я так сказал, значит, ты так сделаешь». Сделает она с точностью наоборот и, уперевшись руками в боки, сообщит улыбчивое: «Готовенько». В то же время, если у собеседника есть весомые аргументы, волшебница прислушается без всякого сопротивления. Да и бороться с системой станет лишь в том случае, если это для неё по-настоящему важно. В любом другом варианте, Елена всегда выберет мир над правотой.
Елена не ревнива и не станет караулить вас с фонариком, проверяя не нашли ли вы друга получше или девушку посимпатичней. В то же время, если она почувствует себя неуверенно, то обязательно озвучит свои переживания. Потому что зачем страдать, когда можно получить ответ здесь и сейчас, а потом уже прыгать от счастья или рыдать в подушку? К чужой ревности же девушка относится с пониманием, пока это не нарушает её личную свободу. Она готова объясняться, предупреждать и звать с собой, но попробуйте запереть её в четырех стенах, и эффект обратного поведения не заставит себя ждать.
Девушка совершенно не азартна, хоть и любит спортивные игры за командный дух. Для неё куда важней хорошо провести время, чем получить золотую медаль в конце. Впрочем, достаточно сказать ей: «Елена, на тебя вся надежда», — и она ляжет костьми, чтобы выиграть проклятый кубок, лишь бы вы улыбались.
Ван дер Рейден старается обращаться к свету, думать о хорошем и видеть положительные стороны жизни, искренне любя последнюю, однако порой внешний шум замыливает её картинку. Ей тяжело читать новости об убийствах, тяжело не сопереживать пострадавшим в очередной катастрофе. Порой, Елене кажется, словно она сидит без дела, пока чужой мир горит, и в такие моменты ей непросто переключиться обратно на положительную волну. В остальное время к черным полосам ведьма относится по-житейски: никто бы не замечал хорошее, не будь у жизни теневой стороны.
Она верная и за людей, избранных «своими», готова без преувеличений отдать жизнь. Она не из тех, кто выберет только «хорошее» в человеке, а примет вас целиком и полностью, если увидит в вас что-то, достойное её внимания. Елена тянется к людям с горящим сердцем, будь то борцы за справедливость или будничные «герои», придержавшие кому-то дверь. Она скорее предпочтёт общаться со взрывоопасным, но искренним человеком, чем с вежливым подхалимом, закатывающим глаза у вас за спиной. Пожалуй, честность с ней и самим собой – одно из самых важных для неё качеств, за которое она будет настойчиво цепляться.

3.2. Боггарт: длинный плохо освещенный коридор, положенный белой плиткой и ведущий к огромной тёмной двери с двумя окошками, сквозь которые виден яркий белый свет.
3.3. Дементор: пожалуй, для Елены встреча с дементором стала бы первой и последней. Кроме того, что мелкие потрясения переживались девушкой куда тяжелей и глубже, нежели большинством людей, попытка покончить с собой стала венцом всех событий, которые ван дер Рейден бы с удовольствием забыла. В её случае у существа был бы широкий выбор от болезни кузена, издевательств в школе до пропасти между ней и, казалось бы, человеком, должным быть ей ближе всего – её братом-близнецом.
3.4. Патронус: в противовес вороху «плохих» моментов, Елена может вспомнить столько же светлых, превращая даже самые тривиальные семейные встречи в нечто важное и сильное. Она всегда обращается к воспоминаниям, связанным с её семьёй, старшими кузенами и кузиной, шести месяцам в Ильверморни или редким проблескам света в Шармбатоне, ценящимся в разы больше на фоне всего, что с ней произошло во французской школе. Иногда ей достаточно подумать о человеке, чтобы создать патронус. Таких людей можно пересчитать на пальцах одной руки, но все они занимают огромное место в сердце волшебницы.
3.5. Зеркало Эиналеж: видит себя, окруженную близкими и любимыми людьми. Все счастливы, никто не ссорится, и все друг друга понимают.

http://www.pichome.ru/images/2015/08/31/3FqWcfL.png

ЧАСТЬ 4. ВНЕШНОСТЬ
IV. ...людьми нас делают недостатки и слабости. Накопленные за жизнь морщинки – лучшие рассказчики нашей жизни.
— Коварный человек подобен обнаженному мечу: внешний вид его привлекателен, но малейшая неосторожность в обращении с ним грозит увечьем.

4.1.Рост: 1,65 м.
4.2. Цвет волос: каштановые.
4.3. Цвет глаз: голубые.
4.4. Особенности:
— Встретившись с Еленой в разное время суток, люди составляют полярные впечатления о волшебнице. Она не придерживается одного стиля, предпочитая сжигать ярлыки, которые вы успели на неё повесить, быстрее, чем вы успеете моргнуть. Днём она может затянуть волосы в неаккуратный пучок, накинуть чёрную толстовку с узкими джинсами и устроить боевой раскрас с тёмными тенями на лице, а вечером предстать в длинном кружевном платье, вплетя в голову цветы. Она любит экспериментировать и наблюдать за тем, как в зависимости от «образа», люди ведут себя по-разному в её обществе. При всей своей любви к переодеванию и макияжу, не испытывает дискомфорта, если уделила своему лицу и внешнему виду ровно пять минут до тех пор, пока выглядит опрятно.
— Подтянутая и спортивная. Спасибо балету и конному спорту, она может отправить вас в нокаут одним элегантным взмахом ноги.
— За короткое время на этой земле Елена умудрилась проколоть уши, нос, губу, язык, в конечном итоге, оставив только проколы в ушах. На семнадцатилетие ван дер Рейден набила на рёбрах у сердца цитату из любимого стихотворения Пабло Неруда: « I love you as certain dark things are to be loved, in secret, between the shadow and the soul».
— Совершенно не умеет скрывать эмоции и даже не пытается. Всё, что волшебница думает, всегда написано у неё на лице, хотя её нельзя назвать ни громкой, ни размахивающей руками из стороны в сторону.
— Курит и продолжает до сих пор из вредного нежелания подчиняться ополчившимся на пагубную привычку родственникам.

Отредактировано Skylar van der Reijden (2019-03-03 15:02:36)