luminous beings are we, not this crude matter

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » luminous beings are we, not this crude matter » flashback » you know, hearts don't break around here


you know, hearts don't break around here

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

https://funkyimg.com/i/2T5uf.png
you know, hearts don't break around here
Bellamy Marlowe & Michèle Laurent
два года из жизни [2001 – 2003].

Nobody's life is filled with perfect little moments. And if it were, they wouldn't be perfect little moments. They would just be normal. How would you ever know happiness if you never experience downs?

2

« You must allow yourself to outgrow and depart from certain eras of your life with a gentle sort of ruthlessness. »
Бэллами никогда не замечал течение времени. Сколько он себя помнил, он не замедлял уверенного бойкого шага, чтобы оглянуться и «вдохнуть» гудящий вокруг мир полными лёгкими. Он не заметил, как школьные парты сменили себя рабочим столом Аврората, как съемная квартира разрослась до размеров семейного дома, как стал мужем, отцом. Мерлин, он даже не позволил себе остановиться пережить смерть Адалин! Жизнь случалась, и Бэллами Марлоу позволял ей случаться, отмахиваясь от неё делами поважней. Вечно опаздывающий наступить на пятки туманному завтра. Кто бы ему рассказал, что на тридцать девятом году, он вдруг научится задерживать моменты; захочет их задержать. И это было заслугой Мишель.
Постепенно, день за днём в его... их жизни появлялось всё больше и больше незначительных, но значимых ритуалов. Совместные завтраки, вечерние прогулки в центре Лондона или любого другого города, взбредшего в головы. Выходные вместе. А если не вместе, то один обязательно ждал другого дома. Злые языки могли подумать: они скоро обязательно наскучат друг другу, если не начнут отдыхать по-отдельности. Только вот Бэллами совсем не уставал от говорливой француженки, и что-то ему подсказывало: чувство было не односторонним.
Он вновь полюбил просыпаться по утрам. Под запах свежей выпечки, ненавязчивое шуршание, доносящееся с кухни. Аккуратно на мысочках выходить из спальни, беззвучно наблюдая за мельтешащей перед плитой Лоран. Он любил смотреть на неё, а теперь, когда ему больше не нужно было находить себе оправдания, Марлоу делал это очевидно и без всякого стыда. Бэллами больше не стремился заполнить свой досуг рабочими делами, гоня прочь навязчивые мысли. Лениться ему нравилось. Да и то, что они называли «бездельем», многие бы сочли за перевыполненную недельную программу. Но губам Мишель дрогнуть, выговаривая: «А может,» — и Марлоу отвечал незамедлительным согласием. За короткие месяцы знакомая Бэллами повседневность изменилась до неузнаваемости, и об утраченных привычках он не сожалел ни секунды.
И всё же оставались вещи, места, удерживавшие волшебника едва заметными цепкими ниточками прошлого. Они так и продолжали жить на два дома, изредка расставаясь, когда капризная громадина, принадлежавшая Марлоу, требовала внимания своего хозяина. Незаметный ранее рутинный быт, построенный с женщиной, давно покинувшей когда-то общие коридоры, тяготил Бэллами. Он был ненужным, лишним; он утомлял его и забирал драгоценное время, не давая ничего взамен. И чем больше мужчина об этом думал, тем сильнее утверждался в своём решении – дом в Бедджлерте давным давно стоило продать.
Бэллами проснулся неспешно, наивно полагая, что теплая часть постели была занята его неугомонной девушкой. Каково же было его (не)удивление, когда протянув ладонь от себя, мужчина нащупал смятую простынь. Он было уже начал торопиться выскочить из кровати, но вовремя услышал отдалённый шелест воды, выдохнув – если Мишель была в душе, значит, он не проспал завтрак. Значит, у него ещё было время остановить этот поезд без тормозов.
Доброе утро, — он ждал её с двумя кружками кофе, накинув свежую майку, схваченную с отведённого ему жизненного пространства в шкафах Лоран. Пожалуй, ограниченность свободной территории вне «проклятой громадины», именуемой домом Марлоу, было вторым поводом для нервных покалываний в висках. Всё в квартире Мишель было замечательно – её расположение, её интерьер, её хозяйка. Всё, кроме отсутствия какой-либо площади для совместного существования. Разумеется, Бэллами не планировал заселиться сюда с концами. Однако, забирая несчастную полку, он чувствовал, словно забирал у Лоран половину лёгкого. Ненарочно оставляя рабочие бумаги на её журнальном столике, он думал о них весь день, представляя, как последнии нарушают хлипкую гармонию мирка француженки.
Кофе, — вручая свеже заваренный напиток в руки волшебницы, он тепло улыбается и издаёт невнятный звук, запрещающий сопротивляться, — Сегодня мы завтракаем в городе, — вздергивая нос, Марлоу смеётся, пытается приложить пальцы к губам девушки и неодобрительно качает головой, — Ничего не хочу слышать. И прежде, чем ты попробуешь уличить меня в неладном, я люблю твои завтраки. Но сегодня я хочу прогуляться, — складывая свои ладони поверх ладоней Мишель, он задерживается взглядом на её лица пару секунд, резко оживляется и, отпуская её, довольно улыбается через плечо, — Собирайся. У тебя полчаса, — бросает Бэллами, прежде чем пропасть в направлении душа. На самом деле, у неё было пять минут, но отдавая дань всегда безупречному виду Лоран, он был готов поливать себя водой целый день. Лишь бы она не подумала, что ей не хватило времени привести себя в порядок.
Некоторые выработанные за последние месяцы ритуалы прижились без посторонних усилий. Например, прогулки, которые неожиданным образом, перестали значить «просто прогулки». Вероятно, всему виной их первый серьёзный разговор, состоявшийся на набережной Темзы, но с тех пор Марлоу ни первый раз тянул француженку на свежий воздух, преследуя тайный план посвящения в гудящие в голове переживания. Он делал это совершенно неосознанно. Тем не менее, как показала практика, чем чаще он звал Мишель на прогулку с «бонусом», тем проще становилось определить – кажется, Бэллами Марлоу очень хочет о чём-то поговорить.
Что ты думаешь о Корнуолле? — подставляя локоть для опоры, мужчина морщится на яркий солнечный свет, редкий даже для лета, — Там очень красивый порт, и свежий воздух, — на нём была свободная льняная рубашка с коротким рукавом и едва доходящие до колена шорты, но Марлоу было жарко. Впрочем, если вы родились и провели всю свою сознательную жизнь на севере британского острова, любая температура, переваливавшая за двадцать пять градусов, воспринималась организмом не лучше песчаной бури. С молчаливым ужасом мужчина думал о том, что когда-нибудь и, возможно, когда-нибудь очень скоро ему придётся выполнить данное Патрику обещание, навестив волшебника на юге Франции. Говорят, Европа была очень красивой в зимнее время? Он бы с удовольствием отпраздновал Рождество, окруженный блаженной прохладой и не столь блаженным французским говором. Хотя с тех пор, как Бэллами тайком открывал самоучитель французского, он значительно поумерил пыл своего внутреннего критика. В соревновании, что было хуже французский акцент в английском или наоборот, он бы без промедлений согласился на призовое место. [float=right]J A M E S   A R T H U R   &   E M E L I   S A N D É  -  R O S E S
https://funkyimg.com/i/2V1fC.gif
И Ю Н Ь   2 0 0 1   Г О Д
[/float]
Стараясь игнорировать легкий дискомфорт от трансгрессии на голодный желудок, Марлоу помогает волшебнице устроиться за столиком в выбранном портовом кафе, и садится напротив, делая глубокий вдох. Если подумать, Бэллами редко становился инициатором «серьёзных» разговоров. Мужчина привык решать проблемы имевшие физическую оболочку, клеймя всё остальное результатом чрезмерной мозговой деятельности, которую стоило немедленно прекратить. Однако парочка эмоциональных встрясок в начале их с Лоран отношений, открыла новую перспективу на происходящее в головах и сердцах людей. Иногда сказать было куда проще, чем выжидать, когда бомбанёт. И, о чудо, позволяло избегать последнего.
Я тут подумал, — нарушая короткую паузу, Бэллами медленно опускает приборы по краям тарелки и откидывается на спинку стула. Он замолкает, пытаясь подобрать призрачные правильные слова, но быстро бросает заведомо проигрышную затею, — Я хочу продать дом, — практически единым звуком выдаёт он, звуча так, как если бы решение уже было приведено в действие, — Или не продать, — громко вздыхая, волшебник мгновенно смягчается и подаётся вперед, облокачиваясь на стол и устремляя взгляд в глаза Лоран, — Я пока не говорил об этом с Авророй и... решил, что будет куда лучше посоветоваться с тобой раньше. В конце концов, мало ли, ты тоже питаешь к нему нежные чувства, — тихий смешок, мягкая улыбка, — Я не знаю... В последнее время, я думаю, что было бы неплохо переехать куда-нибудь поближе к цивилизации. Если быть предельно честным, последние полтора года я живу там, потому что, — Бэллами дергает плечами, устало хмыкая, — Это дом. И он мой, — корча физиономию, не обременённую интеллектом, сетует мужчина, — К тому же, в последнее время мы то и дело находимся у тебя. И при всей моей любви к твоей чудесной квартире – мы сидим друг у друга на голове. Я сижу на твоей голове! — сводя брови на переносице, смеётся англичанин, — И мне показалось, что было бы неплохо, если бы... у нас было место, где мы бы могли чувствовать себя не как на необитаемом острове, и при этом иметь достаточно пространства, чтобы не путаться друг у друга в ногах, — отталкиваясь от поверхности стола, он вновь упирается в спинку стула, дергает плечами и растерянно улыбается, — Если ты думаешь: «И ради этого он привёл меня сюда?» — клянусь тебе, нет, я просто хотел показать тебе Корнуолл, — Бэллами щурится, — Что... ты обо всём этом думаешь? — сойдёт за самое неловкое предложение жить вместе? Впрочем, он оставил аварийные выходы открытыми – никто не предлагал выкинуть ключи от маленькой квартирки в Уэльсе. Она всегда могла сбежать в неё, если вдруг осознает с кем связалась. Правда, теперь он не был уверен, что не прибежит искать её и там тоже.


Вы здесь » luminous beings are we, not this crude matter » flashback » you know, hearts don't break around here