luminous beings are we, not this crude matter

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » luminous beings are we, not this crude matter » archive » OLIVER&OLIVIA


OLIVER&OLIVIA

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://31.media.tumblr.com/tumblr_m9fdg7SXbr1re1v10o1_500.png
спасибо tumblr
- Время и место действия
Полдень, начало июня. Кафетерий в центре города.
- Участники
Oliver Gale, Olivia Silverstone.
- Краткий сюжет
Когда прошлое накладывается на будущее, возможна незначительная турбулентность.

2

внешний вид минус белая женщина
Сотый звонок от водопроводчика, и вопль негодования разносится по всем коридорам нового пристанища остатков семьи Гэйл. Недостроенное поместье, зеркально напоминающее призрак прошлого, погребённый под тоннами серой пыли в пригороде Лондона. Впрочем, похожесть дома на своего предшественника заканчивалась на внешнем виде, потому что содержимое едва ли напоминало статного, привыкшего к повышенному контролю окружающей действительности мужчину.
«Нет!» Оливер делает глубокий вдох, начиная пыхтеть от раздирающего недовольства. «Нет. Нет. Нет. Ты не будешь этим заниматься.» Отрицательно качает головой в такт собственным мыслям. «Я так сойду с ума.» Несколько нервных кругов по комнате, пока сознание пытается выбрать решение грандиозной проблеме начинающего социопата. «Нет. Я уже сошёл с ума.» Остановка. Оливер закусывает губу, поворачиваясь на отражение в зеркале. «Ты этим заниматься не будешь.» Всё гениально просто. Мужчина делает пару неуверенных кивков безмолвному собеседнику, тыкает в него пальцем и с победоносным видом удаляется вершить правосудие. Читать газету с объявлениями по трудоустройству, если говорить более конкретизированно.

Пару недель в окопах из многочисленной макулатуры, сотни часов раздумий, десятки развешанных фотографий по всему периметру дома, и Оливера осеняет за завтраком. Рыжеволосая девушка смотрит на него печальным взгядом из прочёсанной вдоль и поперёк газетёнки. Гэйл фыркает, отбрасывая щенячьи глаза в сторону. — Я же могу руководствоваться интуицией, Мария? — хмурясь, он ожидающе мозолит глазами старую уборщицу, подпирая рукой щёку. Тишина. — Чудно, так и сделаю. — срывается с места, захватывая с собой вырванную страницу. Быстрыми движениями набирает номер, мысленно молясь, чтобы голос девушки не оказался настолько невыносим, что придётся подыскивать ей хирурга, способного исправить эту неурядицу. Мозгами он, к счастью, понимал, что вероятность найти нечто подобное довольно мала, чтобы разбрасываться вариантами из-за исправимого недостатка.

Оливер Гэйл. Доброе утро. Я беспокою вас по поводу вашего заявления на должность уборщицы. — стараясь изобразить из себя нечто похожее на учтивого работодателя, он укладывается в отмеренные себе двадцать секунд презентации «почему вы должны прыгать от счастья, что я вам позвонил.» Резонно, если учитывать, что с поста человека-швабры вас нарекают заправляющей поломойками. Хотя он не слышит должного восторга на другом конце провода. На самом деле, даже если бы он проскользнул, Оливер бы вряд ли смог внять чужой радости, так как был занят беззвучным криком: «Она с нами, Мария! С на-ми!» И поднятая рука вверх в позе статуи свободы в довершение собственному счастью.

Проглотить комок напряжения в горле. Поставить локти на стол, сцепив ладони в тугой ком «психологической защиты» от грозного окружающего мира. Он приходит на пятнадцать минут раньше, чтобы успокоить внутреннего параноика, гневно отрицающего возможность добросовестных людей, как вида. Вдруг воровка? Что если её купят, и второго пожара с вытекающей гибелью не миновать? «Так. Спокойно. Интуиция, помнишь? И дедуктивные способности.» Гэйл еле слышно выдыхает, прикрывая глаза. Если бы не чёртовы сантехники, любящие личное общение в больших количествах, не пришлось бы сейчас сидеть в ожидании чуда. А то, что она подойдёт ему, будет самым настоящим подарком судьбы, не стоит сомневаться. И дело тут именно в целом списке претензий, не без основания разумеется, потому что ему нужна была не просто замена на пост управленца домашними делами. Вторая голова, которая будет думать подобно собственной. Чудесная первостепенная задача, как считаете?
Звоночек входной двери оглашает чьё-то прибытие. В миг Оливер поднимает глаза, чтобы увидеть нечто похожее на рыжеволосую голову в объявлении. Дыхание перехватывает, но он храбро поднимается с места, чуть приподнимая руку в воздухе. «Здравствуй, это я. Иди сюда, кис-кис.» «Хорошо хоть с фотографией не обманула.» Поджимая губы, Оливер вздёргивает бровями, а затем изображает подобие доброжелательной улыбки. — Оливия Сильверстоун, я полагаю? — протягивая руку для пожатия, на всякий случай интересуется Гэйл. — Оливер. Со мной вы говорили по телефону, — сканирование с ног до головы завершено. Этап пройден. Он даже согласен на то, чтобы приступить к более вдумчивому изучению объекта. — Присаживайтесь, у меня к вам будет с десяток вопросов. — падая на стул, он поднимает руку, изображая жест «примите заказ у девушки.» Дожидаясь, пока рыжеволосая окажется напротив него, он чуть откидывается назад, продолжая: Но для начала, я бы выслушал вас. — потому что отсеивать бесполезных кандидатов гораздо проще, когда они задают вам свои бестолковые вопросы. Гэйл не сводит глаз с Сильверстоун, начиная сомневаться, что его интуиция не имеет никакого подтекста. «Неужели я где-то тебя видел?» Он щурится, с лихвой выдавая запустившийся мыслительный процесс. «Бред какой. Где я мог пересекаться с потенциальной уборщицей? Успокойся, Гэйл.»

3

внешний вид

http://www4.pictures.zimbio.com/gi/Holland+Roden+ELLE+5th+Annual+Women+Music+nNWeV3-2tNFl.jpg

http://tomandlorenzo.com/wp-content/uploads/2014/04/Holland-Roden-ELLE-Women-Concert-Celebration-Erin-Fetherston-Tom-Lorenzo-Site-TLO-1.jpg

Оливия готовилась к этой встрече, как не готовилась бы к не случившемуся выпускному в старшей школе. Ей наивно казалось, что она предусмотрела все: одежду, прическу, манеру речи и даже обрезала ногти под корень. Ведь, именно так должна делать девушка, которая пришла не прохлаждаться, а драить унитазы? Одевать короткое платье – нельзя. Впереди парада страхов шел тот самый, который окрещал своего работодателя маньяком и насильником. И не были бы глаза этого страха так велики, если бы не суровый мужской голос в трубке, который ответил Лив во время звонка.
Сколько ему? 30, 40? У нее всегда были проблемы с распознаванием возраста, даже если поставить человека перед глазами всего как есть. Она старалась не поднимать панику раньше времени, и искренне лелеяла надежду на то, что по ту сторону телефон не окажется повернутый дедуля-фетишист, но внутри что-то боязно переворачивалось и ныло. На 70% Сильверстоун была уверенна, что откажется. Что уж там, она уже отказалась мысленно, потому что за каким-то чертом все позвонившие ей были мужчинами, и это уже вовсе не напоминало поиск работы, а скорее брачное агентство. Брачное – это мы культурно.
Дрожащие пальцы аккуратно прошлись мазками тонального крема оп щекам. Замазать мерзкие, уродливые веснушки – и достаточно. Никакой туши, никакой косметики вообще. Она даже сняла единственные золотые серьги, чтобы не выглядеть слишком вычурно и придать себе антураж класса ниже среднего – как раз к такому давно уже привыкла относить себя в этой жизни. На голове – аккуратный пучок, открывающий смешные уши. Короткая улыбка собственному отражению в зеркале – и все комплексы на лицо. Все верно, Лив, на тебя каждый день смотрит маленькая рыжая уродина, которая не заслужила ничего больше, чем эти голоса чужих людей в уши. Все так, как тебе и пророчили. Теперь ты хорошая дочь.
Глубокий вдох. Готова. Еще раз оглядеть себя сверху вниз, беспокоясь о длине платья. Не слишком короткое, но и не слишком длинное – произвести впечатление монашки не хотелось. Какая тонкая грань лезвия, не находите? Ладно, выдох, пора.
Девушки из высшего общества не ездят на городском транспорте, а вот Оливия не такая, поэтому и не погнушалась автобусом, хотя бы потому, что не хотела менять последнюю крупную купюру. Кстати, это платье она одевала на выпускной экзамен, с тех пор не поправилась ни на грамм – победа! Неуютно ежась, она посмотрела на часы – время есть. Желания сойти на следующей обстановке – еще больше. Держись Оливия, дыши глубже.

- Да, именно так, - Негромко, Лив давится воздухом, но пытается скрыть степень своего удивления. Show no drama. Протянутая рука дрожит, Сильверстоун едва смыкает пальцы, стараясь не проникаться сакральностью момента. Парень? Молодой человек приличного вида, серьезно? “Что-то здесь не так.” Она не слышит имени, которым он называет себя, но записала на бумажке короткую, лаконичную фамилию, по которой будет называть хозяина. – Приятно познакомиться мистер, Гейл. – Она оставляет полукивок, неловко убирая выбившуюся за ухо прядь рыжих волос. Не то, чтобы страхи исчезли, но стоит отдать должное, желание сверкать пятками заметно поубавилось. Надолго ли, храбрая Ли?
Отодвигает стул, аккуратно присаживается, стараясь не создавать лишнего шума. Ура-ура, маленький бегемотик не проломил сиденье? И хотя, наверняка, у этого парня нет третьего глаза под столом, Лив все равно аккуратно скрещивает щиколотки, как и полагается приличной девушке-убиралке. – Хорошо.. - Сглатывает нервный ком в горле. “Хорошо, что десяток, а не пару сотен на очную ставку мы не подписывались.” Защитная реакция, которая помогала Лив выжить в свое время, срабатывала и сейчас, более того, не казалась чем-то зазорным, ведь собеседник все равно никогда не прочтет её мыслей, но от чего-то в этот раз, ей показалось обратное. Уж слишком прямым и сканирующим был взгляд Оливера, от чего по коже пронеслись неприятные мурашки. Прекрасно, залог успеха – отсутствие какого либо отношения к работодателю, главное не уйти далеко в минус по осевой шкале.
И вот она уже готова отвечать, как вдруг, кивок официанту выбивает почву из под ног. Что? Заказывать? Мне?
- Эм, - Лив касается пальцами меню, изображая усиленный мыслительный процесс. – Мне стакан воды, пожалуйста. – Побыстрее отпихивая от себя меню, точно конверт с сибирской язвой, Сильверстоун откашливается, но вновь – под дых. – Я?... – Растерянно, оглядываясь по сторонам, как будто тут сидела целая когорта претенденток на домашнее рабство к мистеру Гейлу. Интересно, какая она по счету? – Эм, - Ну же, Лив, прекрати вести себя как дурра. – Все самое важное написано в досье, я принесла копию. – Недоумение на лице скрыть было трудно. Сильверстоун явно не понимала, чего ждут два глаза напротив. Историю её жизни с детства? Пункты райдера по списку? В любом случае, чего бы не ожидал хозяин, расстраивать его Лив не планировала, поэтому решила быть неожиданной. Вытягивая из сумочки листик с распечатанным текстом, она быстро затараторила:
- Ну, хорошо, раз у нас минутка гласности, то скажу сразу, вчера мне звонил еще один работодатель, я точно так же пошла на встречу и искренне ожидала хэппи-энда, но получила предложение жить и работать за его деньги, обхаживая его потребности в постели. Вам, конечно, не девяносто и ваша жена явно не заскорузлая старуха, и может быть, вы хороший человек. Но я совсем не знаю, кто вы такой, и меня это беспокоит, но в любом случае давайте так, если вы из категории дедули, то нам лучше попрощаться сразу, потому что я, действительно, хочу убирать. Поломойка, понятно?  - Она скрещивает руки в жесте “стоп” – Очень добросовестная и воспитанная, ну, там все написано. – На этом девушка резко замолкает. Откуда ни возьмись появляется официант и пугает несчастную и без того разволновавшуюся Сильверстоун, зато ставит перед носом волшебный стакан. Лив тут же хватает его и делает короткий глоток, замечая, что сидеть в позе “леди” не так удобно, как предрекал гугл.
Раз, два, три. БАМ.
- О Господи... - Лив, еще недавно вытянутая в струну, трепыхается и прикладывает ладонь ко рту - Боже.. - Жмурится так, что кончики ресниц заворачиваются внутрь. - Простите, мистер Гейл. Бога ради, простите... - машет рукой, хватается за ручки стула, но вовремя удерживается от попытки побега. - Простите, простите, я не... я просто... вы просто не видели этого мерзкого старика, согласитесь мое опасение разумно, но я не должна была говорить в таком тоне, простите... я просто переволновалась и, я не так много говорю. Я могу молчать всегда, если нужно. Я умею, правда. И буду все выполнять на совесть, если это то, что вы хотели услышать... - Отнимая ладонь от лица, Лив открывает один глаз, за ним второй  шумно выдыхает. - Простите. - Хватается за стакан воды и вытягивается в струну вновь, выглядя так, будто бы только что не было приступа мини-истерики.

4

За все свои двадцать шесть Оливеру никогда не приходилось нанимать персонал самостоятельно. Весь его опыт в выведывании добросовестности человека напротив останавливался на присутствии на допросах. Направлять яркую лампу в глаза и рявкать на собеседника — не самая лучшая тактика для стремящегося к успеху работодателя, не находите? Переместить всех брошенных на произвол судьбы после пожара в лондонском поместье оказалось куда более лёгкой задачей, чем сидеть напротив рыжеволосого неопознанного объекта в попытке проглядеть дыру во лбу Сильверстоун. Выражение лица — я прочитаю твои мысли, чего бы мне это не стоило, и Гэйл хмурится ещё сильнее от каждого скомканного движения Оливии. «Зачем так ёрзать?» Вопрос в пустоту подсознания, которое нервно выискивает поводы завершить интервью прямо... сейчас, потому что от одной идеи, что он собственноручно собирался поселить у себя в доме незнакомца, в груди всё подорзительно сжималось. Но разве девушка-ромашка в платье в цветочек может претендовать на звание искусно маскирующегося маньяка? Или хотя бы на мелкого вредителя? Здравый смысл громко отрицает подобную возможность, а Оливер наконец выдыхает, повзоляя душевному состоянию перейти с глухой обороны на осторожное любопытство. Первый шаг к успеху сделан.
Воды, — еле слышно повторяет себе под нос Оливер, утыкаясь отчаявшимся взглядом в стол. «Вечно худеющая?» Разум подсовывает решение проблеме, но Гэйл быстро отметает возможность. Скорее неудачно худеющая, потому что, к счастью, девушка напротив совершенно не напоминала гремящий мешок с костями. Не обращайте внимания. Наболело. — Тогда и счёт принесите, пожалуйста. — он оборачивается на Сильверстоун неуверенным взглядом, мысленно пытаясь прочесть — не собиралась ли мадам оторваться на заказе одного салатного листочка или десяти грамм томатного супа. Нет? Согласна? Следуем дальше.
Да, конечно, я читал его.«было бы странно, если бы не читал, нет разве?» Прищуривая глаза, он чинно ожидает подвоха. Не бывает быстрых ответов без коронного «но». Впрочем, видимо, девушка решает, что чтиво достойно пересмотра. Whatever. Может быть это обязательный ритуал приёма на работу. Приходится взять листочек из рук и даже опустить туда глаза, чтобы увидеть давно увиденное. Сошлёмся на то, что желание дамы — закон. Недолго действующий, потому что спустя мгновение звонкий голос озаряет помещение, начиная нести нечто непонятное и неожиданное. Экспрессия: «Что прости?» Оливер подаётся вперёд, придавая себе ауру заинтересованности происходящим. Ещё сильнее щурит глаза, превращая себя в представителя китайской национальности и перестаёт дышать. Бесплатный триллер в пересказе от Оливии Сильверстоун. Грех не погрузиться с головой в омут боли несчастной.
Он пытался. Эпиграфом к нескольким секундам ярых стараний не изобразить настоящую эмоцию, которую вызывал вдохновенный рассказ. Оливер ошарашенно моргает, удивлённо морщит лоб, а затем задирает одну бровь, раскрывая рот. Он хочет заговорить. Очень хочет, но искренне не находит в себе сил подобрать хотя бы одно слово. — Я не женат. Мне двадцать шесть. — быстро проговаривает, наконец выцепляя из потока речи информацию, на которую он находит подобие ответа. Чуть трясёт головой, стараясь избавиться от навязчивой мысли, что что-то пошло не так. «Добросовестная поломойка? Я сейчас это услышал?» Его лицо напоминает атеиста, увидевшего лик Господа Бога прямо перед собой. И всё бы было замечательно, если бы Оливия поумерила свой пыл, повзволив перевести дух после первого потрясения. Увы. Залп под номером два, не уступающий по своей сокрушительности предыдущему. — Можно ещё дышать, — участливо замечает Оливер, когда девушка напротив сжимается в испуганный комочек истерики, зажмуриваясь, отчего всё сильнее начинает напоминать ему недовольного грызуна, вроде хомячка или морской свинки. — Пожалуй, я соглашусь. Я очень рад, что не видел этого мерзкого старика, — иначе, велик риск, что Оливер Гэйл бы начал заикаться и в ужасе тараторить, что его собирается совратить проклятый садовник, подозрительно подстригающий кусты. — Если вас это успокоит, то нет, я не путаю газету по трудоустройству с сайтом знакомств. — он поджимает губы, стараясь посмотреть на Сильверстоун как можно более внушающим взглядом. Может быть, если она приглядится, то поверит, что он не отчаянный прыщавый подросток и не брошенный миром изрядно постаревший муж? У нас всё хорошо, Ли, или самое время начать сомневаться?
Вздох. Он несколько раз трясёт головой, экспрессивно отгоняя назревшую ситуацию, как страшный сон. Сделаем вид, что ничего не было. Глаза вниз на пальцы, последнюю минуту теребящие несчастную кружку с кофе в руках. Обратно наверх. — На счёт вашей должности. Убираться вы, конечно, будете не в одиночестве. Врагу бы не пожелал. — вздёргивая бровями, не сдерживается от комментария Гэйл. — И я бы хотел немного уточнить список обязанностей. Весь персонал будет на вас. Зарплата, график, все звонки водопроводчиков, сантехников, абсолютно все. — экспрессивно жестикулируя руками, продолжает Оливер. — Я всё вам объясню, не беспокойтесь. — с лицом «только не беспокойтесь» и знаком стоп ладонями. На всякий случай. — И последнее, что я хотел уточнить. Помните, я говорил вам по телефону, что, возможно, от вас потребуется постоянное проживание. Мне будет нужно ваше присутствие, как минимум, четыре дня в неделю. У вас будет ваше крыло, поверьте, что мы живём под одной крышей вы не почувствуете. На выходные можете оставаться в доме, можете смело возвращаться к себе. — параллельно он оставляет свой автограф на чеке, с видом выполненного долга откидываясь на спинку стула. — Я предупредил вас сразу, потому что, если вы сомневаетесь, что сможете урезать свое личное время настолько, то это как с категорией дедули. — он задирает бровь, ликуя, что всё-таки смог припомнить испытанный шок от подобного сравнения без суда и следствия. Оливер поднимается со стула, вырастая над девушкой. — Поэтому, если вы согласны, то я отвезу вас посмотреть дом и договориться о том, когда вы начнёте работать. — потому что трясущаяся от ужаса рыжеволосая поломойка пробивает трещину в каркасе недоверия к окружающему миру. Вычурное платье, как на свидание, взволнованный вид и попытка проглотить истерику. Сокрушительным коктейлем набор заставляет Гэйла отмести сомнения в сторону, позволяя Сильверстоун попытаться стать ещё одним членом странноватой семейки из персонала и хозяина-одиночки. Проверка пройдена. Одобрено. Заверните. Срочно.

5

Что-то пошло не так. Оливия втянула носом горячий воздух и попыталась сконцентрироваться на чем-то, что поможет ей придти в себя. Снующие вокруг официанты, жаркий день, прохожие, шум машин. Тщетно. Красивое с утра, это платье вдруг начало казаться ей неуместным и вычурным. Стоило повесить на себя табличку – другого нет, простите. “Молодец, Сильверстоун, достойное собеседование для такой тупой курицы как ты.” Конец. Провал. Крах. Какими еще словами обычно называют столь же сокрушительное фиаско, которое только что потерпела наша героиня? Накат отчаяния в довесок ко всем раздражающим факторам. Нельзя столько груза на одни хрупкие плечи, как вы не понимаете.
Открыть один глаз. Затем второй. – Дышать? – Нет, не слышала. – Дышать, - Согласная и усталая она кивает в ответ, осознавая свое бессилие перед силой мастерства ведения деловых переговоров мистера Гейла. Для человека серьезного, коим он показался еще по телефонному разговору, он достаточно адекватно отреагировал на выходку Лив.  – Да, дедуля был… не очень, - Девушка пытается пошутить, но заветной улыбки на лице собеседника не появляется, поэтому, шутка растворяется в пространстве. По плечам пробегаются мурашки вместе с картинками из не остывших воспоминаний от встречи с предыдущим работодателем. – Успокоит… да… - Наверное, еще не понятно, но она почти готова разреветься где-то в глубине души с трудом поддерживая огонек своей внутренней силы. Совсем как маленький ребенок, оставленный родителями в незнакомом месте с незнакомыми людьми. Главное верить, что мама скоро вернется. “Дура, дура, успокойся”. На глаза наворачивается тонкая пелена отчаяния, но даже на экзамене по ненавистной политологии Сильверстоун сжала кулаки и выбила свою пятерку, почему же незнакомый молодой (!) человек должен стать препятствием на пути к лучшей жизни? Она заслужила это, заслужила долгими скитаниями по свету, по чужим континентам, общагам привилегированного слоя общества, чужим домам, квартирам. Заслужила, черт возьми, стать гребанной уборщицей!
Истерику сняло как рукой.
- Спасибо, - В ответ за то, что её не считают врагом. Маленькая победа. Тут же захотелось спросить, откуда столько милости к недостойным, но Оливия поджимает губы и тянет свой уже наполовину пустой стаканчик. Да, мы пессимисты. – Хорошо, - Понимая, что Оливер все еще сидит напротив, и все еще не указал ей путь-дорогу назад, Сильверстоун окончательно пришла в себя.
Недоверчиво-наивный взгляд  стал следить за жестикуляцией рук мистера Гейла, которая оказалась намного живее его прохладного выражения лица, что в свою очередь вносило некоторую разрозненность первому впечатлению от человека. Автограф на чеке, знак “стоп” рукой, что-то происходит, но без нее. Лив продолжает кивать, рассеянно улыбаясь одними уголками губ. А в голове: “Можете возвращаться домой.” Домой. До-мой. Туда, чего у неё нет уже так давно. Как об этом сообщают незнакомым людям? Нужно ли об этом сообщать? Улыбка становится немного глупой, но инстинкт самосохранения диктует молчать до последнего. Мистеру Гейлу ни к чему знать, что он берет на работу иждивенку, врядли это поспособствует удачному трудоустройству.
- О, нет, - Лив поспешила выйти из чертогов своего разума, чтобы предупредить беспокойство Оливера. – С этим полный порядок. Я готова полностью посвятить себя работе, можно сказать, это всё, чего я хочу. – Наверное, странно слышать такие слова от молодой девушки 23-х лет? Но удивление мистера Гейла ни сколько не беспокоило беспечную Лив, потому что, какими бы странными не были её взгляды на свою жизнь, это никак не отразится на работе. Напротив, будет очень даже кстати. Не так ли? Ну, а если понадобится изобразить свое отсутствие, она попросится переночевать к своей подруге Сэмми, или вовсе снимет комнату, что угодно, как угодно, только возьмите её.
- Я согласна, да, - Отставляет свой стаканчик. Зачем-то поправляет край платья под столом и отодвигается на стуле, подавая сигнал полной боевой готовности. Чем раньше они покинут место, где принято оставлять несуществующие в данном случае деньги, тем легче станет на душе Сильверстоун. – П-поехали?"Отлично, теперь ты рыжая уродливая заика." Не решаясь все же встать первой, потому что, как минимум, ехать они будут не на её несуществующей машине, а это значит, надо проявить немного терпения. Только тук-тук-тук по вискам.
“Меня взяли? Меня взяли?”
Тук-тук-тук. Может быть, на этот раз ей повезет чуть больше, чем обычно?


Вы здесь » luminous beings are we, not this crude matter » archive » OLIVER&OLIVIA