A lifeless light surrounds us each night. Never could I imagine that something so luminous could feel so dark. It's this glow that reminds us of the dreamless existence we've been sentenced to. Now this city is full of dry eyes caught in a trance of obedience, devoid of any trace of an identity. Such a curious sight, to see bright eyes strangled by the darkness.

luminous beings are we, not this crude matter

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » luminous beings are we, not this crude matter » closed » we are infinite as the universe we hold inside


we are infinite as the universe we hold inside

Сообщений 21 страница 22 из 22

1

we are infinite as the universe we hold inside
http://funkyimg.com/i/2uXw9.png
S L E E P I N G   A T   L A S T  –  S U N

› Участники: Elijah Graham, Tracy MacMillan.
› Место: дом Грэмов в пригороде Лондона.

› Время: зимние каникулы 1995-1996 года.
› Погода: осторожно, осадки в виде снега за шиворотом.

21

i ' v e  b e e n  w a i t i n g  s o ,  s o  l o n g
b u t  h e r e  w e  a r e  n o w
МакМиллан верила в судьбу. Ей было намного проще подумать о том, что профессор Флитвик не оценил её знаний на уроке не потому, что она к нему не подготовилась, а потому что сегодня вот так Солнце было повернуто к ней, не удачно. Так или иначе, являясь фаталистом, МакМиллан всё равно пыталась бороться со своем внутренним «Если ты сделаешь иначе, от этого повернется и весь остальной земной шар.» Однако, Трэйси думала, что всё, что происходило вокруг неё на данном этапе жизни сводило её к одному человеку.
Элайджа Грэм абсолютно случайно оказался рядом, можно сказать, в подходящее время в подходящем месте. Разумеется, они могли познакомиться и при других обстоятельствах – на уроке, пока кто-нибудь из них пытался поднять перо в воздух, в Большом зале, когда волшебница случайно промахнулась мимо головы сокурсника куриной ножкой, и попала на соседний стол. В конце концов, в коридоре, очереди за мётлами, находясь в совятне, отправляя своим близким письма о том, что с ними всё хорошо. Трэйси МакМиллан была уверена в том, что они познакомились бы. Подружились. И всё, что было между ними, всё равно привело бы их сюда. Не сюда, конкретно, в спальню, конечно. А сюда – на этот этап отношений.
Можно было бы посчитать, что она слишком торопит события. Полгода всего прошло, и ещё несколько лет дружбы! У многих всё ломалось и на куда позднем этапе по какой-либо случайности, но волшебница слепо качала головой, держа пессимистичные мысли на тремя замками – ей не нужно было думать о том, что произойдёт завтра, потому что в её мире, рядом обязательно будет идти Элайджа, крепко держа её за руку. Будет рядом с ней. Как всегда был. И сейчас рыжеволосая без промедления ухватилась за его спину, крепко держась ногами за бёдра, утыкаясь в горячим лбом в его шею, пока у Илая был трудный выбор между комнатой родителей или их собственной спальней. h e r e  w e  a r e  n o w
i  w i l l  j u d g e  m y s e l f
g u i l t y  o f   l o v i n g  y o u  t o o  m u c h
Трэйси думала, что любила и раньше. Чувство влюбленности, правда, жило в ней не дольше пары недель, и после первых дней восторженных сообщений своим одноклассницам о том, что МакКейн был очень начитан и мог цитировать стихотворения, а Тёрнер неплохо держал в руках квоффл, МакМиллан успокаивалась и начинала переосмысливать происходящее. И главное, что она всегда останавливалась на одном – что в этом удивительного? У одного [float=right]http://funkyimg.com/i/2EPyC.gif[/float]человека была только одна «функция», которую на тот момент она в нём замечала. Но только в её окружении был человек, который умел делать всё вместе – и крепко держать в руке тёмного цвета шар, закидывая его в кольцо, и тихо наигрывая аккорды на укулеле, не только просто «цитировать» песни, но ещё и сочинять свои собственные, и конечно же, Элайджа не раз сообщал ей о каком-нибудь интересном факте, о котором она никогда не смогла бы услышать – ведь читала ради интереса намного меньше, чем юноша. Иногда Трэй думала о том, что могла бы не тратить столько времени на всех вокруг, слепо смотря сквозь потенциал Элайджи. Злилась, что была глупа. Грустила, что ей нужно было столько времени на осознание такой простой вещи. Волшебница аккуратно ставит носок на холодный пол, в тишине комнаты слыша сердцебиение своего сердца. Она была уверена. Уверена в этом больше, чем когда-либо, задерживая взгляд на его глазах. Трэйси МакМиллан была уверена не только в своих желаниях, но и в абсолютном ощущении того, что любовь Илая к ней никогда не была и не будет односторонней. Волшебница делает шаг на встречу, останавливая пальцы на его рёбрах и сжимая в ладонях тонкую ткань. i  w i l l  s m o t h e r  y o u  j u s t  t o  f e e l  y o u r  t o u c h
i  w i l l  o f f e r  y o u  m y  w h o l e  s e l f ,  n o t  j u s t  m y  b e s t
Сейчас, лежа в комнате родителей Элайджи Грэма, было сложно думать о чём-то другом, кроме того, что произошло. Трэйси лежала на спине, согнув ноги в коленях и держа руки поверх одеяла, уже с несколько минут пытаясь успокоить дыхание, ритм сердца, и всё, что вообще могло напоминать ей о том, что, видимо, явно не оценили бы её родители, но кажется, кому-то здесь было совершенно на это наплевать. Волшебница аккуратно нащупала пальцы Элайджи, чуть сжимая их своими, слабо улыбаясь, смотря на него краем глаза. Пусть сейчас он и расплывался в улыбке, предполагая, что джентльменом ему с такой не быть, тем не менее, повёл он себя именно так. Она думала о многом. Когда ты живёшь с девочками в одной комнате, и пока это не Полин, то наслушаться ты мог чего угодно. И как это больно, особенно, в первый раз. И как противно, особенно, если являешься человеком с очень активным воображением. Где-то здесь в соседок летели две подушки и громкие «Может уже дадите поспать людям, которые не хотят завтра быть вареными картофелинами?», но тем не менее, голоса, которые становились тише (из-за подушки ли?), зудели в твоей голове до того момента, пока ты или сам не откидывал мысли в сторону или пока не засыпал под тяжелый бит своего сердца.
Думать о том, почему всё случилось так безболезненно ей явно не хотелось, потому что в обратном случае, это уйдёт в глубины самооценки Трэйси МакМиллан, а она явно не хотела портить себе этот момент. Тёплые пальцы Элайджи касаются её щеки и она слегка поворачивает голову, потянув уголки губ вверх и делая попытку перевернуться на бок, но Грэм первый предпринимает попытку сблизиться с ней, оказываясь над Трэй.
Я... Что? — смешанное непонимание на её лице переходит в короткий смех, и она приподнимает кисть, тыча пальцем в его щёку, — Мне просто интересно, какого ответа ты от меня ждёшь? — МакМиллан продолжает улыбаться, проведя пальцами по той самой щеке, добавляя негромкое «Хорошо», благодаря погодные условия и время суток, помогающие скрыть румянец на её щеках. Хотя, кажется, сегодня она побила все рекорды по красноте своего лица, уж в этом можно было не сомневаться.
Переворачиваясь вслед за ним, она облокачивается на свой локоть, даже слегка приподнявшись и посмотрев на пол, словно должна была увидеть там не их вещи, а какие-то новые, доступные им теперь после определенного уровня знаний. В прочем, не заприметив там ничего особенного, кроме как своей пижамы, она откидывается обратно.
Желательно всё, что не подходит под определение твоего, — кажется, часть вещей, так или иначе, уже отправились на самого Элайджу, МакМиллан, в прочем, получив свою одежду, решает не отставать от юноши. Она переворачивается на живот, на секунду утыкаясь лицом в подушку, словно это была самая удобная поза для застёгивая [float=left]http://sd.uploads.ru/vwCgn.gif[/float]бюстгальтера, а когда поднимает её, то чувствует лицо Грэма рядом с собой, а полу-шепот вновь отправляет по спине рой мурашек. Секунда и непонимающий взгляд от его слов меняется. Его слова заставляют её подтянуть руки под подушку, и засмеявшись, уткнуться в неё подбородком, отводя от юноши взгляд.
Значит, надо отдать тебе должное, что это была именно эта комната, потому что в глаза Теодору мне было бы смотреть намного сложнее, — МакМиллан прикрывает один глаз, лукаво улыбнувшись, — Хорошо, что каникулы подходят к концу – смотреть им в лица мне придётся недолго, — и перевернувшись на бок, Трэйси подтягивается к юноше, оставляя на его губах поцелуй, а затем утыкаясь ему в ключицу лицом, прикрывая глаза. В этот момент она лишь надеялась на то, что Грэмы не решат вернуться прямо сейчас в дом, отчего двум студентам придётся пробить потолок головой, лишь бы оказаться на второй этаже и избежать всех этих приподнятых бровей и улыбок, которые кажется, знают, что здесь происходило. Просто потому, что она хочет ещё немного полежать здесь в его объятиях.

22


. . . . . you see beyond all my doubt, all I'm hiding, you bring it out . . . . .
http://funkyimg.com/i/2ztmD.gif http://funkyimg.com/i/2ztmN.gif
i   l o s e   m y s e l f   t o   y o u r   c o n t r o l   w h e n   y o u   t o u c h   m e
i ' m   [  a l m o s t  ]  h u m a n   f i n a l l y   b r e a t h i n g


Элайджа старался не воображать иных версий развития событий – у него хватало причин не сомкнуть глаз по ночам и без альтернативных сценариев, где они с Трэйси рассаживались по разным лодкам. Он видел судьбу под другим углом. Не в виде единственного пути, с которого не свернуть, или нависающего над головой рока. Он смотрел на жизнь, как на череду независимых случайностей, конечный итог которых всецело зависел от героя повествования. К примеру, если всё вело Трэйси МакМиллан к мальчику в лодке, в голове Илая это оставалось совершенно независимым событием. И ровно таким же были бы столкновения в коридорах с рассыпающимися во все стороны книгами, встречи за одной партой в классе или знакомства в общей компании. Другое дело, каким бы образом судьба ни предоставила ему Трэйси, он бы всегда выбрал её, и в этом их мнения безоговорочно сходились.
Элайджа Грэм не сомневался, что так или иначе, они бы обязательно стали друзьями. Он всегда тянулся к светлым людям, видящим мир в яркой палитре; словно в противовес своим мрачным мыслям он окружал себя теми, кто гнал их прочь. Вопреки логике своей фамилии, Трэйси МакМиллан не подходила ни под один стереотип о чистокровных волшебниках. С её открытостью, с её наивной добротой и интересом к миру, откуда пришёл Илай, было бы куда удивительней, не найди они общего языка. Юноша прекрасно понимал, что был единственным, кто мог всё испортить. Но никогда бы не сделал этого намеренно.
Я запомню это на следующий раз, когда ты полезешь в мой комод с майками, — ухмыляясь с хитрым прищуром, Элайджа спешно накидывает футболку. Хотелось бы скинуть мурашки на присутствие Трэйси рядом, только вот им есть куда более тривиальное объяснение, которое молодой человек предпочитает закинуть на дальнюю полку мыслей. Элайджа Грэм никогда не болеет, а если он чихает или его знобит, вам показалось и стоит перечитать утверждение с самого начала.
Поворачиваясь на бок и наблюдая за картиной Трэйси, душащей подушку, Грэм не сдерживает сдавленного смешка.
Правда, от него избавиться гораздо легче, — прикрывая один глаз и поджимая губы, замечает парень. Достаточно пуститься в личные подробности и рядом останется оседающая на пол пыль с Теодора, скривившегося в гримасе отвращения и сбежавшего в неизвестном направлении. — Недолго, — Грэм произносит фразу, будто сомневается в правдивости заявления, — Чуть меньше недели, — ведь до этого Анне требовалось куда больше времени, чтобы рассекретить всё происходящее между ребятами? Обнимая девушку за плечи, Илай негромко хмыкает себе под нос. — Хорошо, что моя мать израсходовала все способы поиздеваться, — на мгновение он замирает, вновь задаваясь вопросом: насколько сильно он ошибается, делая столь смелое заявление. — Я надеюсь, — больше похоже на правду. Секунда, и Элайджа принимается содрогаться, давясь сдавленным смехом. — Как показал опыт, не обязательно было селить нас в одну комнату, — бормочет он полушёпотом на одном дыхании. И нет, он не прекратит. Своим смелым шагом навстречу Трэйси МакМиллан открыла неизведанную степь для шуток, в которой Илай только учился ориентироваться. В конце концов, он вырос под присмотром той самой женщины, не устававшей строить двум подросткам брови каждое утро. Тяжело не заразиться от неё хотя бы частью вируса подзаборного юмора. Или лучше сказать: юмора ниже пояса.
Хотя негласное разрешение на закрытые раньше темы было последним, что по-настоящему волновало молодого человека. Прошло ещё несколько дней, прежде чем Элайджа смог наконец придать странному ощущению спокойствия в груди словесную форму. Он чувствовал себя... любимым. Разумеется, это чувство приходило ему и раньше, но только обрывками, не задерживаясь дольше нескольких часов, за которыми следовал шквал беспокойных идей, по которым он, верите или нет, совсем не скучал. Казалось бы, в чём проблема. Трэйси МакМиллан не раз доказывала как словами, так и действиями, правдивость своего признания во время летних каникул. И всё же волшебник находил способ сомневаться. Вовсе не из-за неё.
Ему было непросто поверить, что кто-то нуждался в нём в той же степени, что и он. Что Элайджа Грэм – совершенно обычный, ничем не выделяющийся на фоне серой массы юноша, – был достоин любви такой девушки, как Трэйси МакМиллан. Она была красива, легка в общении и далека от образа зачинщицы конфликтов на ровном месте. В конце концов, даже её фамилия оставалась выигрышным билетом в обществе тех, кого это волновало. И из всех своих возможностей... Трэйси выбрала его. Доверилась, подпустила ближе всех, будучи окружённой куда более удачными, с точки зрения Элайджи, партиями. И если когда-то он сопротивлялся этой идее, боясь, что поверь он в реальность подобного исхода и ошибись, вряд ли сможет собрать своё сердце по кусочкам. То теперь мысленный шторм утих, не напоминая о своём существовании.
Как бы банально это ни звучало, но произошедшее не оставило юноше других альтернатив, кроме как поверить. Называйте его старомодным, Грэм смотрел на близость не так, как большинство подростков, и знал, что их мнения с Трэйси совпадали. Правда, в отличие от девушки, он прошёлся задним местом по подводным камням, однако эту часть своей биографии молодой человек добровольно опускал. Раз никто не спрашивал, значит, никого это не интересовало, и подобный расклад вполне устраивал волшебника.
Он не хотел её разочаровывать. Не хотел подвести вверенное в его дрожащие руки девичье сердце. Он видел все эти острые углы, о которые она могла пораниться, и настойчиво прикрывал их мягкой тканью, трясясь случайно пропустить какой-нибудь из сотни известных. Ещё одна причина, по которой Элайджа Грэм отказывался верить в судьбу. Иначе, сколько он ни пытайся, она бы обязательно врезалась в один из этих острых углов, получив отрезвительную оплеуху от Вселенной. Иначе впору верить в то, что Элайджа был создан, чтобы разрушать всё хорошее в своей жизни вопреки собственным желаниям. Увы, у него была плохая новость для всех высших сил – не сегодня. И не завтра. Никогда. Потому что, добровольно или нет, последнее, что Элайджа Грэм бы сделал на своём веку – это потерял Трэйси МакМиллан.


Вы здесь » luminous beings are we, not this crude matter » closed » we are infinite as the universe we hold inside