I've made it out. I feel weightless. I know that place had always held me down, but for the first time, I can feel the unity that I had hoped in. It's been three nights now, and my breathing has changed – it's slower, and more full. It's like the air out here is actually worth taking in. I can see it back in the distance, and I'd be lying if I said that it wasn't constantly on my mind. I wish I could turn that fear off, but maybe the further I go, the less that fear will affect me. «I must not fear. Fear is the mind-killer. Fear is the little-death that brings total obliteration. I will face my fear. I will permit it to pass over me and through me. And when it has gone past I will turn the inner eye to see its path. Where the fear has gone there will be nothing. Only I will remain.» ― Frank Herbert, Dune пост недели от взрослой и рассудительной джозефины уолш: — Знаешь что, Питер, — её голос звучит отстранённо, от всего её вида веет прохладой; дотронься она до Андерсона — заморозит без использования волшебной палочки. Именно это она сделала с собой — попыталась законсервировать всё, что чувствовала к нему на протяжении долгих месяцев; не этого ли он хотел? — Если не чувствуешь обратного, мог бы так и сказать, а не заливать мне в уши дрянь а-ля: «Это не ты, ты достойна лучшего». В конце концов, я не насилую нравящихся мне мальчиков в подворотне или, — она обводит взглядом помещение, — подвалах близких себе семей после их отказов. Иногда я умею принимать поражения, — задрав подбородок, она смиряет его взглядом только для того, чтобы резко развернуться к нему спиной и сделать первый шаг прочь.

luminous beings are we, not this crude matter­­­

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » luminous beings are we, not this crude matter­­­ » flashback » everything i wanted


everything i wanted

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

https://i.imgur.com/1fchkr0.png
everything i wanted
Séarlait Walsh, Evan Mackenzie
США, октябрь 2029 года.
_____________________________________________________________________
Чарли и Эван привыкают к своей новой жизни в Америке. Бог им в помощь.

Подпись автора

we're born to die, so I'm gonna fight for how I wanna live
⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯  spark up the riots ⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯
https://i.imgur.com/AvupCDi.gif https://i.imgur.com/XTYjmWx.gif
I   G U E S S   I ' M   A   C R I M I N A L   A N D  A   F U T U R I S T

2

[indent]Шарлотт Уолш — американка. Хорошо ли у неё получалось играть эту роль? Ощущения были намного лучше, чем когда она бродила по улочкам деревни в Румынии, впервые оказавшись в восточной Европе. По крайней мере, здесь ей не приходилось извиняться за незнания языка: английский позволял ей намного быстрее ассимилироваться среди местных, пусть и несколько пожалев о своём прошлом нежелании изучать что-либо ещё. С другой стороны, Шарлотт понимала — не это решает, по какому пути отправляться человеку, определяя себя местным или нет.
[indent]К тому же, никто не требовал от неё отказаться от своей национальности, если не наоборот. Она чувствовала поддержку Эвана во всём, включая одну из фундаментальных вещей — быть собой. И Чарли искренне верила в то, что это сработает. В конце концов, не думай она так, вряд ли бы переехала в Америку, верно? Особенно, так быстро.
[indent]Если быть до конца честной, Шарлотт до сих пор не могла до конца поверить в случившееся. Во многом сам факт переезда — это не самое необычное, что могло произойти: она ведь это уже делала. Однако оный ради кого-то? Да ещё и так далеко? Ведьма дивилась явно не в восприятии ошибки, а в том, что в её жизни действительно оказался человек, благодаря которому она могла наслаждаться тёплыми лучами солнца по другую сторону от родной земли, которая наверняка ощущает на себе очередной проливной дождь. Джозефина время от времени смеялась, говоря, что погода до сих пор не перестала грустить, что потеряла одну из Уолшей на своей территории. Чарли пожимала плечиками в один день, сокрушалась в другой: «Заберите у меня это солнце хоть на один день, прошу!» — тут же начиная громко смеяться. Хватало одного взгляда на расправляющего плечи Маккензи в лёгкой футболке и воспоминаний о его вечно замёрзшем состоянии в Англии, чтобы отмахнуться. Лучше она будет время от времени сбегать в охлаждающий тело душ, нежели они будут превращать Маккензи в луковицу.
[indent]Ей нужно было время, чтобы свыкнуться. Мало-помалу волшебницу уже начала захватывать рутина: американский заповедник, как и было понятно из разговора с мистером Уилкинсом, принял её с распростёртыми руками, тут же захватывая внимание девушки новыми порядками и процедурами, ведьма старалась не сидеть дома и в выходные или свободные вечера, прося Эвана составить ей компанию в изучении города. После того, как прошёл период акклиматизации, Шарлотт вернулась и к своим тренировкам, — не зря же Маккензи повесил ей баскетбольное кольцо! — стараясь не пропускать спортивные дни.
[indent]Так вышло и сегодня; она перебегает через дорогу, сверяясь с часами на тонком запястье и захватывая губами воздух, берёт курс на возвращение в сторону дома. Это тоже было... непривычно. Дом. В квартире Эвана она действительно чувствовала себя в безопасности, зная, что не было места в Америке для неё лучше. Его стараниями та во многом напоминала ей об Англии и Бостоне в целом, о её семье. Девушка морщит нос, едва заметно тряхнув головой, чувствуя небольшой укол совести: ей казалось, когда ведьма думала в таком ключе, то будто бы отодвигала Макккензи на задний план, а ведь это он был её семьёй!
[indent]Она вбегает на порог, спохватившись от отсутствия свободных конечностей. Тут же сунув в рот бумажный пакет с засахаренными пончиками из кафе дю Монд, держа в одной руке подставку с двумя стаканчиками прохладительных напитков оттуда же, блеснув ключами с золотым дракончиком в другой, Шарлотт отпирает замок. Заскакивая вовнутрь, она старается захлопнуть ту следом, выкрикивая: 
[indent]— Эв! Я... Чёрт, — на секунду забывая, что не может открыть рот слишком широко не потеряв их перекус, Шарлотт подхватывает запястьями пакетик, надавливая на него слишком сильно и получая сахарной атакой по лицу, — Эван, я дома! Я прихватила нам по пути поесть, твой чай, он... — она говорит достаточно громко беря в расчёт вариант, где Маккензи успел уйти в свою мастерскую и вряд ли услышит девушку, начни Чарли передвигаться своим обычным шагом. Хохотнув себе под нос, — стынет! Да, точно Чарли, именно это тот и делает! —  перебежкой добираясь до лестницы через двор и заскакивая на ступеньки, ведьма заканчивает свою мысль: — Скоро нагреется!
[indent]Не успевая открыть дверь, она слышит звуки телефонного звонка, заторопившись поскорее, вновь негромко чертыхнувшись. На всякий случай, все ещё не зная, с какой стороны выйдет на неё Маккензи, девушка кричит:
[indent]— Я отвечу! — и успевая отбросить в сторону ключи, более аккуратно обращаясь с картонной подставкой, ведьма заныривает за угол, хватаясь за телефонную трубку. — Алло? — на губах Чарли появляется широкая улыбка, стоит мужчине по другую сторону поприветствовать её, — О, папа! Привет! — звонко звучит её голос, когда она опирается о стенку, так и придерживая в руках пакетик. — Как дела дома?
[indent]Длинные телефонные разговоры были тем, что волшебница думала будет оставлено позади: последние отдавались отголосками в летнюю пору, когда засыпая на диване она боролась с Маккензи за то, чтобы поговорить с ним ещё хотя бы пару минуточек. Ошибкой было думать, что находясь по другую сторону океана от своих родных, они не пожелают оказаться в задушевной беседе в какой-либо из вечеров, а в её случае — дневного времени, а то и вовсе утра. Не то, чтобы она жаловалась, если не наоборот: Шарлотт старалась не хвататься за телефонную трубку каждый раз, когда в ней просыпалось желание услышать кого-нибудь из близких в Англии. Сама она вряд ли могла бы ответить, не почувствовав себя глупо, но в глубине души понимала, что дело в желании казаться в глазах родителей самостоятельной. Только что уехала из дома и уже «просится» обратно посредством частых звонков?
[indent]— ...значит, бегала? — отвлекаясь от своих мыслей, она кивает головой так, словно отец сможет увидеть её, — Это хорошо, я рад, что ты не бросаешь. Я помню, как мне приходилось выбегать на пробежки по утрам, когда мы ездили в Америку на турнир и честное слово, милая, я тебе совсем не завидую. — проходит добрых десять минут прежде, чем они переключаются на эту тему. Или меньше? Так или иначе, Уолш теряется во времени. Вслушиваясь в его голос, Шарлотт негромко усмехается. Пожалуй, вот кто был готов раздеваться следом. Она по лисьи улыбается: мама, наверняка, никогда не была такому делу против. — Эх! Я скучаю по нашим утренним пробежкам, конечно.
[indent]На мгновение с её лица пропадает вся шкодливая спесь, вынуждая уголки губ дёрнуться.
[indent]Шарлотт точно не сомневалась в искренности отцовских чувств и это... напоминало о той простоте, с которой ей приходилось жить на английском побережье. Не сказать, что она не делала этого же и здесь, однако всё было совсем иначе вокруг, не говоря об отсутствии возможности оказаться среди своих близких и друзей, с которыми она росла и проводила большую часть времени. Эван мог заменить их большую часть времени, но в такие моменты как сейчас, слова всё равно успевали оставлять своеобразные раны, пусть и быстро затягивающиеся.
[indent]Она слышит шорох позади себя, оборачиваясь и тут же заулыбавшись, встретившись взглядом с Маккензи. Прикрывая нижнюю часть телефонной трубки ладошкой, она негромко говорит: «Это папа», тут же заслышав:
[indent]— Это Эван пришёл? Ну-ка дай мне его сюда!
[indent]— Всё, тебе уже не интересно со мной? — ведьма кривит лицом, очевидно шутя, — Даже не хочешь услышать в ответ, что мне тоже не хватает тебя на пробежках? Или ты читаешь мысли через океаны? Я запомнила. — и прежде, чем Майлз начнёт отвечать на её вопросы, произносит: — Ладно-ладно, только быстро, я принесла нам поесть и не хочу, чтобы всё заржавело, пока ты пытаешься заснуть под разговор с нами. Я позвоню тебе завтра, хорошо? — слыша соглашение по ту сторону, она кивает головой и отдаляя трубку от щеки, протягивает её Маккензи:
[indent]— Я быстро наскучила ему, хочет что-то тебе сказать, — вместе с передачей телефона, Шарлотт подскакивает к мужчине и подтянув того за край футболки, оставляет быстрый поцелуй где-то в уголке губ, усмехнувшись. Обернувшись вокруг своей оси, волшебница указывает в сторону спальни, — Я пойду переоденусь и вернусь, — вручая ему до сих пор тёплый пакет, ведьма на прощание наказывает: — Храни как зеницу ока. — Или сторожи как пёс? По взгляду Чарли можно было понять, что можно думать об этом пакете как о родной матери: чем больше важности он ему придаст — тем лучше. Она заводит ладонь за спину дёргая застёжкой от спортивного топа намного раньше, чем заходить за угол по направлению комнаты, высвобождаясь. Не оборачиваясь, Уолш негромко хмыкает себе под нос: с того момента, как ей было сказано — доказано, впрочем, тоже — о том, что переживания с головой на счёт её привлекательности бессмысленны, Шарлотт позволяла намного больше себе вещей, которые наверняка привлекали взгляд со стороны. И речь явно не о соседях Эвана.
[indent]Как и было обещано, успевая освежиться и переодеться, англичанка возвращается обратно, на ходу поднимая волосы тут же собрав их в высокий пучок. Практически уже усаживаясь за стол, отталкивая ножку стула пяткой, ведьма вновь подскакивает, быстро метнувшись на кухню и обратно, — разумеется удосужившись пощекотать волшебника за бок мимоходом — подхватывая те самые стаканчики:
[indent]— Что он хотел? Просто поболтать? — она усмехается, приподняв в руках подставку, намного осторожнее двигаясь к своему месту, по итогу отставляя один из стаканчиков в сторону мужчины, следом выуживая такой же и для себя, — Я думаю, нам ещё повезло, — негромко замечает ведьма. Конечно, несмотря на то, что она уповает на удачу, в её голосе можно услышать едва различимое расстройство: Чарли была бы совсем не против услышать голос своей сестры, — Он сказал, что мама уже легла, а Джо ещё не вернулась домой: у них сегодня должен быть рабочий корпоратив, видимо, хозяйке праздника нельзя уходить так рано, — Шарлотт пожимает плечами, негромко вздохнув, — Не то, чтобы я была очень удивлена.
[indent]Она ненадолго замолкает, опустив взгляд к своему стаканчику. Глупо было думать, что её отсутствие в стране что-то изменит. В конце концов, это по прежнему была её работа да и не сказать, что прежде Шарлотт выказывала большое отчаяние от того, что младшая близняшка накидывала на плечи плащ и выкрикивая: «чао» — отправлялась на свидание или очередную встречу. Наоборот: Уолш закатывала глаза ещё и планировала, как бы так уснуть побыстрее, чтобы не слушать до скончания веков историй Джозефины по возвращению. Чувствуя, как неожиданная тревожность подступает к горлу ещё и по абсолютно бессмысленной причине, она вновь ищет взгляда мужчины, улыбнувшись, тут же засунув руку в пакет, чтобы вытащить оттуда предательскую булку, «дыхнувшую» на неё сахарной пудрой прежде.
[indent]— Чем занимался, пока меня не было? — не без любопытства спрашивает Чарли, и не давая ему ответить, посылает уже более спокойно следом ещё один вопрос, — И какие планы на вечер? Подожди мы, — она открывает глаза пошире, потом прищуривается, явно пытаясь ухватить какую-то мысль за хвост, — Мне кажется... мы должны были сегодня встретиться с твоими друзьями из «Union'а» или, — прикусывая губу, Уолш смотрит на него не без вины во взгляде: хороша подружка, раз забывает всё подряд. — Не сегодня?
[indent]Она чувствует, как неожиданно занервничала сильнее: не от того ли, что им с кем-то придётся увидеться? А ведь не скажешь, что Шарлотт Эстер Уолш переживает за чьё-то мнение о самой себе... впрочем, дело действительно далеко не в этом.

Подпись автора

I won't let you down
so — please — don't give me up
https://i.imgur.com/88ehB15.gif https://i.imgur.com/EFwTZfc.gif
because I would really, really love to stick around

3

[indent]Здесь он чувствует себя по-настоящему дома; и речь идёт не о новоорлеанской квартире, не о самом городе и даже не о родных штатах. Здесь — среди дёгтя, масла и пыли — Эван Маккензи чувствует себя в безопасности. Среди исписанных грязными разводами стен он и создатель, и разрушитель, и вершитель справедливости над бездушными формами, обретающими смысл под уверенным нажимом руки мастера. Здесь он совершенно иной человек, совсем не тот, что смотрит на волшебника из зеркала по утрам — тут его жизнь предсказуема, и даже самая страшная катастрофа зависит только от него. За пределами уюта домашней мастерской? Он знает не больше, чем весь остальной мир.
[indent]Бросая беглый взгляд на часы, Маккензи испускает глубокий вздох и бросает инструменты на рабочей поверхности — если он не начнёт собираться сейчас, то с их обоюдным с Шарлотт энтузиазмом в Юнион они попадут к следующему году. Не может же он избегать своих друзей до второго пришествия? Только если хочет, чтобы их затея с переездом Уолш обернулась её большим разочарованием в намерениях Маккензи.
[indent]Уверенным шагом он несёт себя под тёплую струю душа.
[indent]Он не глуп и не слеп. Эван знает, что не настоял на её официальном знакомстве с молодым будущим Америки совершенно не случайно. Дело не в отсутствии времени, несвойственной мужчине забывчивости и, уж тем более, не в самой Шарлотт Уолш. Как бы бестолково это ни звучало, Эван боится что-то менять. Ему нравится их новообретённая рутина, нравится предсказуемость, линейность. Поменять пропорции, добавить что-то новое, и, кто знает, как быстро хорошая полоса превратится в дорогу к обрыву с трагичной концовкой. Он беспочвенно паникует?
[indent]Беспочвенно. Хорошая шутка.
[indent]И всё же Эван не готов поддаться скрупулёзному сценаристу концов света на просторах его головы. В буквальном смысле волшебник смывает с себя лишние мысли, растирая распаренную кожу до красноты. Шарлотт пережила их знакомство, пережила два месяца молчания, его реабилитацию, переезд на другой континент. Неужели девушка не справится с парой-тройкой историй о бурной молодости Маккензи в исполнении его давних приятелей? Ему хочется верить, что худшие испытания на прочность действительно позади, и сегодняшний вечер — едва заметная встряска их заслуженного спокойствия.
[indent]Мужчина заканчивает застёгивать свободные шорты, когда знакомый топот нарушает мирную тишину квартиры. Торопливо Эван вытирает волосы махровым полотенцем и, скинув его на плечи, принимается искать рубашку на выход.
[indent]— Шэр, я в спальне, — кричит волшебник, оборачиваясь на грохот в надежде отловить силуэт Уолш в коридоре.
[indent]Отбрасывая полотенце на соседний стул, он накидывает рубашку на плечи, застегивает пуговицу за пуговицей и собирается дёрнуться на звон домашнего телефона, как врезается мизинцем в угол стены, сгибаясь в короткой, но весьма ощутимой агонии.
[indent]— Хорошо, — выдавливает из себя Маккензи, хватаясь за комод и медленно выпрямляясь в полный рост.
[indent]Переведя дыхание, он обменивается красноречивым взглядом с отражением в зеркале, тянется к хрустальной фиале с новым парфюмом, присланным отцом неделей раньше, и заканчивает свои приготовления, оставляя причёску на откуп луизианской влажности. Если их не обманули, вечерний дресс-код не требует ни замысловатой одежды, ни безупречного внешнего вида. «Дружеский ужин», — как сказала старшая Пиквери.
[indent]И лучше бы ему таким и оказаться.
[indent]— Привет, — выглядывая из-за угла, расплывается в улыбке Маккензи и машет ладошкой в приветствии, стоит голосу в телефонной трубке обозначить себя отцом Шарлотт.
[indent]Он старается не подать виду, но на едва различимое мгновение улыбка Эвана блекнет. Он знает: нормально, что девушка скучает по старому укладу жизни, по возможности проводить больше времени со своей семьёй, и всё равно чувствует укол совести, что не в состоянии предложить ей достойную компанию на пробежки или, ещё лучше, перевезти весь английский Бостон на соседнюю улицу. В конце концов, она расстраивается вовсе не из-за отсутствия бегущей сбоку фигуры. Шарлотт не хватает её близких, и пускай Эвану хочется надеяться, что со временем у неё получится освоится и здесь, волшебник не может игнорировать печальные нотки в голосе Уолш.
[indent]— Так вот чем запахло, — отвлекаясь от собственных мыслей, Эван забирает телефонную трубку из рук Уолш и радостно приветствует мужчину на том конце провода.
[indent]Из его груди вырывается сдавленный смешок. Маккензи пытается перехватить ладошку Шарлотт, недовольный смазанным коротким приветствием, но терпит поражение и громким вздохом провожает её обнажённую спину, скрывающуюся в коридоре к спальне. Ещё и издевается.
[indent]— ...твоя дочь не изменяет себе. Она уже отыскала все злачные места в городе, и, кажется, сегодня нас ждут пончики, — переключаясь на разговор, присматривается к пакету с пончиками Эван, — Такими темпами вряд ли вы меня узнаете. Хотя было бы на что жаловаться, — смеётся Эван, — Как дела на тренировках? Разобрались с запястьем вратаря? — опираясь о стенку, волшебник внимательно слушает размеренный тон Майлза и принимается теребить уголок пакета с пончиками, то и дело принюхиваясь к приторному запаху.
[indent]По крайней мере, отец Шарлотт не видит в нём врага народа, выкравшем родную дочь из под родительского крыла. Что нельзя сказать о матери девушки, предпочитающую звать Эвана на разговор в подозрительно-придирчивом ключе. Не сказать, что он не понимает её беспокойств, ещё как понимает, и всё же иногда ему просто хочется услышать добросердечное пожелание хорошего вечера и не мучать себя тревожными мыслями остаток дня.
[indent]— Доброй ночи, Майлз. Я передам ей самые крепкие объятья, можешь не сомневаться, — кивает Маккензи и вешает трубку, оборачиваясь на топот Уолш.
[indent]— А ну иди сюда, — настигая девушку парочкой размашистых шагов, он наклоняется к её лицу и, сжав розоватые после душа щеки рукой, целует её «как надо».
[indent]Усаживаясь напротив, Эван решает отложить месть за тычки исподтишка до лучших времён и, перехватывая стакан холодного чая, подпирает подбородок свободной рукой. Улыбка мгновенно трогает его губы. В такие моменты Маккензи хочется похлопать себя по спине, сочувственно посмеиваясь — кто бы знал, как сильно ему может нравиться совместный быт, когда сидящий напротив человек нашёл ключик ко всем ящикам души Эвана. И совсем не важно, что живут вместе они каких-то несколько недель; он не может и не хочет представлять, что их нынешняя гармония не продлится вечно.
[indent]— Думаю, он просто соскучился, — делая глоток прохладного напитка, отзывается волшебник, — Правда, что-то мне подсказывает, что мы ещё узнаем о том, как прошёл корпоратив Джозефины, — многозначительно поджав губы, дёргает бровями мужчина, — Она же не может оставить тебя без знаний об очередном служебном романе, который она вычислила в очереди за напитками, — утрирует Маккензи, хмыкает и откусывает первый кусок от пончика. [float=right]https://i.imgur.com/Wqu9UbS.gif[/float]
[indent]— Это дьявольски вкусно, — прикрыв на пару секунд глаза, вздыхает мужчина, — Правда, если ты продолжишь в том же духе, боюсь, шутка про раздавлю перестанет быть шуткой. Ты видела мои щеки? — врезаясь указательным пальцем в мягкую скулу, несерьёзно сокрушается Маккензи, — Надеюсь, тебе нравятся сниджеты, потому что скоро нас будет не отличить, — закусывая свой вывод пончиком, замолкает Эван, предварительно пнув девушку под столом.
[indent]Мужчина верит, что Шарлотт полюбила его далеко не за худощавый внешний вид, однако проверять, как сильно он может отдалиться от своей первоначальной версии, прежде чем Уолш забеспокоится, тоже не стремится. И даже если Шарлотт он устроит в любой своей ипостаси, достаточно ехидных замечаний матери, чтобы больше никогда не положить ничего сладкого в рот. Он, конечно, утрирует. Что не уменьшает назойливости у шуточек Мэрилин.
[indent]Взгляд Маккензи застывает на проскальзывающей на лице Шарлотт эмоции, но прежде чем он успевает что-то спросить, девушка нарушает жующую тишину вопросом. А затем ещё одним. Эван бесполезно пытается ей ответить, когда замечание по поводу планов на вечер переводит его внимание к домашнему виду Шарлотт, объясняя её неожиданное замешательство. Кажется, кто-то забыл ей напомнить? Мужчина старается прокрутить их утренний разговор в голове, сдаваясь практически сразу. Какая разница повторял ли он или нет — она же вспомнила сейчас.
[indent]— Да, сегодня, — поджимая губы, несколько раз кивает Эван, — Только не начинай бежать. У нас ещё есть время, — сверяясь с часами на запястье, подхватывает мужчина, — Никто не ждёт, что мы появимся ровно в назначенный час. Насколько мне не изменяет память, «прийти вовремя» в нашей компании понятие крайне растяжимое. В лучшем случае все соберутся часа через полтора от официального начала, — хмыкает Маккензи, намеренно прижимая Шарлотт приземлившимися ей на ноги пятками и угрожающе зыркая на неё широким взглядом.
[indent]Делая несколько глотков чая, он оборачивается в направлении мастерской и вновь смотрит на девушку.
[indent]— Ида, которая Аделаида, которая Пиквери старшая, дала мне свои чертежи — возился с ними. Произошло какое-то чудо, и меня не вызвали в офис по срочному делу, — изображая кавычки, кривится Эван, — так что я смог разобраться с её устройством. Если всё так, как я думаю, скоро оно заработает и нас позовут на тест-драйв. Уверен, у тебя получится с первого раза, — ухмыляется Маккензи, более не вдаваясь в подробности — он и без того нарушил все обещания, данные Пиквери, рассказав Шарлотт о будущем изобретении девушки в первый же вечер, как получил документы на руки.
[indent]Заканчивая последний пончик, волшебник отправляет девушку переодеваться, вызываясь убрать со стола. Перехватывая стаканы и обертку от сладостей, он неспешно курсирует на кухню, давая Уолш несколько минут уединения. Неожиданно для себя Маккензи застывает посередине помещения, нахмуриваясь. Ему показалось или Шарлотт выглядела как угодно, но не как человек, пребывающий в восторге от их сегодняшних планов? Он стоит так с пару секунд, а затем встряхивает головой и идёт на поиски Уолш в направлении их комнаты.
[indent]Эван притормаживает к концу коридора, опирается о деревянный угол входной арки и, скрестив руки на груди, оглядывает девушку с ног до головы. На его лице появляется широкая улыбка, граничащая с самодовольной ухмылкой. На мгновение он даже забывает, что именно призвало его сюда до того, как Шарлотт выйдет сама.
[indent]— Я вдруг вспомнил, — отталкиваясь от своей опоры, Маккензи уверенно идёт на неё тараном и в следующую секунду роняет их обоих на постель, стискивая Уолш в объятьях, — я обещал твоему отцу обнять тебя так сильно, как только смогу, — смеясь ей в шею, мужчина осторожно подминает худенькое тельце Шарлотт под себя и чуть приподнимается, чтобы посмотреть ей в глаза. Ещё не пожалела, что кормит его пончиками?
[indent]Лицо Маккензи становится серьёзней в момент, когда волшебник вспоминает причину, по которой ворвался в их спальню, не дождавшись Уолш снаружи. Осторожным движением он смахивает растрепавшиеся от падения волосы со лба Шарлотт и едва различимо дёргает уголками губ наверх.
[indent]— Слушай, ты точно хочешь пойти сегодня? Мне показалось, что ты расстроилась, когда вспомнила, что нас пригласили. Я пойму, если знакомство с полным составом Юниона не звучит, как вечер твоей мечты, — хмыкает Эван, — Мы можем сделать это в другой раз, — продолжает Маккензи, беспечно вздёрнув бровями и поджав губы, — Я не хочу заставлять тебя делать что-то, что тебе не нравится, — осторожно сползая к её лицу, мужчина аккуратно целует Шарлотт в щеку, внезапно теряет баланс и съезжает ещё ниже, втыкаясь в неё носом. По комнате разносится грудной смешок, следом за которым Маккензи отталкивается от матраса и возвращает Уолш возможность дышать без тяжелой тушки сверху.
[indent]Ему хочется думать, что дело только в «странной» интонации Шарлотт. Но если копнуть глубже, разве это не попытка оттянуть неизбежное? Не сегодня, так завтра. Не завтра, так на дне рожденья. Рано или поздно Шарлотт придётся столкнуться с его жизнью в полном объёме, и откладывание её знакомства с людьми, с которыми Эван вырос, лишь продлит его мучения от беспокойства за будущее.
[indent]— Я паранойю? — на всякий случай отступает Маккензи.
[indent]Не хватало ещё приписывать Уолш собственные переживания и решать за неё быстрее, чем девушка успеет открыть рот. Что-что, а угадывать переживания друг друга не было их сильной стороной, и потому Эван замолкает, стараясь стереть беспокойство с физиономии, заменяя его осторожной улыбкой.

Подпись автора

we're born to die, so I'm gonna fight for how I wanna live
⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯  spark up the riots ⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯
https://i.imgur.com/AvupCDi.gif https://i.imgur.com/XTYjmWx.gif
I   G U E S S   I ' M   A   C R I M I N A L   A N D  A   F U T U R I S T

4

[indent]Даже если бы Чарли хотела, то вряд ли бы смогла разобрать то, о чём разговаривает Эван и её отец по телефону. И всё же, сбрасывая с себя остатки спортивного комплекта, она тепло улыбается себе под нос. Вряд ли это сильно проявлялось, учитывая её бунтарскую натуру, но ей было действительно важно, что думают обе стороны друг о друге. Можно было бы сказать, что Майлзу трудно не понравится, но если знать мужчину так, как знали его все близкие — спорное высказывание. Редко, но Шарлотт умудрялась встретиться с едва заметной морщинкой на лбу старшего Уолша при первых знакомствах, будь то абсолютно бестолковые ухажеры Джозефины или даже его коллеги. Возможно, тому не нужно высказываться громко и человек напротив даже никогда не узнает, что что-то не так.
[indent]Она знает — Майлзу нравился Маккензи, а последний не интересовался жизнью родителя своей девушки только ради вежливости. Вместе с этим, Шарлотт не сомневалась — несмотря на то, что её мама продолжала держать оборону так же, как и при их первоначальном разговоре о переезде, она совсем не была против Эвана.
[indent]Или ей просто хотелось в это верить слишком сильно? В конце концов, при обратном варианте... она привыкла верить матери. Хотела ей верить, однако в случае, если принять её не всегда искренний тон за чистую монету, выходит ли, что доверия к Америке здесь было мало? Или к самой Шарлотт?
[indent]Она упрямо трясёт головой словно это поможет выбросить неприятные мысли. А ведь у родителей Эвана наверняка не было таких переживаний. И вправду, откуда им взяться: их сын по итогу остался здесь, на родине и это вовсе не камень в огород Маккензи. Более не готовая идти на поводу своих не самых весёлых размышлений, она торопиться объявиться в комнате ещё и по этой причине. А затем и вовсе забывает обо всём, стоит перед глазами оказаться её молодому человеку. Она, смеясь ему в губы, и сама не спешит отпрянуть, целуя Эвана в ответ. Иногда ей казалось, что они не лучше подростков, хватающихся за сердце каждый раз, когда кому-то приходится отлучиться на свой урок, расставшись со второй половинкой на целый час. 
[indent]— А я не могу оставить без этого тебя, — посмеиваясь, тепло улыбается девушка, — Надеюсь ты ещё не думаешь изобрести что-нибудь в своей мастерской, что будет создавать тебе шум моря в ушах, пока я ною об очередной истории Джо, — шутя, прищуривается на него волшебника, отодвигая одну из рук в сторону. Она упирается одной коленкой в стол и несколько раз отталкивается, покачиваясь лишь на двух ножках, наблюдая за тем, как Маккензи делает первый укус и... в яблочко! Улыбка Шарлотт становится до ушей и она наскоро задирает руки в победном сигнале прежде, чем вогнать свои зубы в мягкую текстуру пончика:
[indent]— Ура! Как оказалось, они открыты двадцать четыре на семь и находятся прямо по маршруту, где я пробегаю, — тараторит Шарлотт и даже тогда, когда во рту оказывается сладкая булка, не прекращает, давая себе возможность замолчать и  прожевать только в момент, когда Эван заговаривает.
[indent]Правда, то что конкретно выдаёт мужчина, лишь заставляет Уолш закатить глаза, звонко цокнув: — Так даже интереснее: до сих пор быть придавленной тобой — это пытка далеко не на смерть. Это ли не риск? Идти ва-банк каждый раз, когда ты пытаешься нагнать меня? — она посмеивается, запивая чаем, впрочем, на мгновение меняясь в лице и заметно смягчаясь во взгляде. Шарлотт стала внимательнее: может быть не всегда, но теперь ей было куда проще спросить себя на всякий случай о том, точно ли это не завуалированное переживание? В конце концов, может быть Эван правда переживает. Если нет — хорошо, но кому будет неприятно лишний раз услышать, что всех всё устраивает? — Ты хорошо выглядишь и вряд ли это изменится посредством двух... сотен и десятков пончиков, — она вновь улыбается хитрее, натолкнувшись лопатками на спинку стула, — Будешь такой же быстрый, что глаз не заметит? Нравятся... Не по квиддичу уж точно: там я симпатизировала несколько другому мячу и роли. Однако попробуй не полюбить магических существ в этой семье, — Шарлотт весело подмигивает Маккензи. Она может сколько угодно звучать так, словно её заставили, но в этом никогда не будет дали доли правды. Чарли не сомневалась: если не драконы, скорее всего её участь была бы схожей с Тео: в магических заповедниках она проводила в школьные каникулы не меньше его самого. Любовь к животным отдавалась в ней с самого детства, а учитывая, что у них было кому поддерживать и прививать правильное отношение к «братьям нашим меньшим»... у сообщества волшебников просто не было шансов не приобрести Уолш в качестве драконолога.
[indent]Погрузиться в воспоминания о пройденных под руководством Теодора Грэма стажировках Чарли не удаётся слишком глубоко. Возможно, она бы поделилась частью и с Эваном, — да так, будто он не успел выслушать и половину из этого за время их знакомства — но мысль о предстоящей встречи с его американскими друзьями встаёт на передний план. Долго выбивать себе дырку в голове она не может да и замечает, что это не выглядит проблемой в глазах Маккензи. Однако это не мешает ей поскорее исправиться.
[indent]— Ты хорошо меня знаешь, — негромко хмыкнув после того, как умудряется дёрнуться на стуле в попытке встать, она осторожно кивает головой. — А идти мне можно? — Шарлотт коротко морщится: если им так не принципиально, во сколько они придут и придут ли вовсе, есть ли смысл пытаться покинуть их дом в таком случае вовсе? Уолш мысленно шлёпает себе по лбу за бестолковый вопрос. Стоит догадаться, что шутить вслух об опоздании на месяц Уолш шутить точно не собирается. — Джо нашла бы с ними общий язык, — явно стараясь найти выбитую самолично землю из под ног, добавляет Чарли, думая о вечно главных опоздавших.
[indent]Вот у кого был поистине талант знакомиться с людьми: Джозефина Уолш никогда не боялась сверкнуть улыбкой, протянуть свою ладошку, громко заявить о себе да так, что после окружающие были готовы свернуть шею ей вслед. Разумеется, иногда и она промахивалась, — Чарли усмехается от воспоминания первого знакомства девушки и Эвана — но то скорее исключение из правил. Шарлотт же была совсем другой. Возможно, не менее крикливой — это факт, но уж точно не желающей стать подружкой всем и каждому. Другое дело, что сейчас того требовала ситуация. Она негромко вздыхает и сама нехотя признавая: её друзья остались далеко за океаном. Как долго она ещё сможет ходить, прижавшись к Маккензи и игнорируя весь остальной мир?
[indent]— Уже? — закивав головой, она широко раскрывает глаза, тут же довольно улыбаясь: — Каждый раз поражаюсь, насколько хорош ты в этом. Дать мне в руки чертежи и я смогу разве что посыпать голову пеплом после сжигания их на пожаре своего ануса, а не создать по ним что-то. Знаю-знаю! Если бы училась и разбиралась в этом, всё было бы лучше, но! — она задирает палец, — Ты талантлив, а я не прочь напомнить тебе об этом вслух, — её улыбка становится хитрее, — И возможно получить какую-то дополнительную информацию о тест-драйве... Нет? Не передумаешь?
[indent]Попытка — не пытка.
[indent]Пиквери. Допивая чай в своём стакане, Шарлотт опускает взгляд к надкусанному пончику, уплетая последний за две щёки в несколько больших укусов. Ей предстояло познакомиться лично с небезызвестными в американском обществе людьми. Беспокоилась ли она за это? Пожалуй, статус крови или денежное состояние волновало Чарли меньше всего. Однако каков шанс, что так думают и они? Она смотрит коротко на Эвана и задирая пустые руки, покачиваясь, поднимается с места. Девушка вновь тычет его в бок зычно засмеявшись и ускакивая в спальню прежде, чем кто-нибудь попытается сделать тоже самое в ответ. Если бы Маккензи думал, что его девушка не подойдёт компании, стал бы пытаться знакомить её вовсе? Значит, она не будет лишней. Однако вспомнить одну из уже знакомых ей в лицо Пиквери и... Чарли со вздохом скидывает себя свежую домашнюю одежду так и оставаясь стоять в нижнем белье, стараясь переключиться с мыслей о девушке, должной запомнить её в лучшем из своих видов — рыбьими кишками на своём лице и плавниками, запутанными в волосах.
[indent]Дёргая ручки комода, она тратит безуспешные несколько минут на выбор наряда. А ведь Шарлотт была не из тех, кто долго возился в попытках остановиться на чём-то одном. Изначально вытащенные зелёные льняные штаны и рубашка поверх белого топа прячутся под полосатой майкой и синими, более подходящими по погоде, шортами. Качая головой, Уолш приходится перевести взгляд на более женственную одежду, так что следом летит и платье, в котором они вместе с Маккензи ходили по экскурсиям таинственного Нового Орлеана. Она останавливается только в момент, когда одежды становится на не на один вечер, а на целую карусель встреч и замирает перед появившейся горкой, расставив ноги и сложив руки на груди.
[indent]— А? — за своими беспокойствами она замечает Эвана, поворачиваясь корпусом только тогда, когда он озвучивает своё присутствие. В момент, когда Шарлотт понимает, о чём именно волшебник вспомнил, ей не остаётся никакого выбора, кроме как сделать хлипкую попытку отбиться, засмеявшись тому в лицо. — Эван! Ну я же... — тщетно. Чарли делает ещё несколько попыток улизнуть, но смиряется, — Дай мне хотя бы руку вытащить! — тыча ещё в живот придавленной ладошкой, продолжает посмеиваться Чарли, чувствуя рой мурашек убегающий вниз по спине от дыхания Эвана на её шее, — Думаешь, он имел в таком ключе? Возможно ты не правильно понял его домашнее задание.
[indent]Миг — столько нужно было Маккензи, чтобы напомнить ей, почему так сильно ей хотелось подстроиться. Попытаться или откорректировать то, кем она являлась. Тот же выбор одежды: Шарлотт обманет себя, если подумает, что не пыталась только что предположить, что надела бы её сестра на такую важную встречу. Ей хотелось постараться для Эвана в первую очередь. Потому что ей было далеко не безразлично всё, что касалось мужчины.
[indent]Плохо старалась, раз всё равно дала ему увидеть, что тяготило её сердце. Ей бы хотелось отмахнуться, сказать что всё это — глупости, но девушка не в силах крикнуть, что это не правда. На секунду в глазах ведьмы даже загорается желание согласиться. К чёрту их! Пойдут в следующий раз. Или через неделю. У них есть такая отличная возможность провести время вместе. Однако тут же чувствует укол совести, тихонько вздыхая: ещё одна причина думать о том, что любой прохожий судя по всему старался лучше, чем девушка Эвана.
[indent]Переплетая несколько прядей ловким движением пальцев, наконец получая возможность вытащить свою руку из под Эвана, она успевает коснуться его макушки губами прежде, чем тот окажется не на, а рядом с ней.
[indent]— Нет, я... как мы можем не пойти, если обещали появиться, — она морщит нос: пусть это то, что не лежало к её сердцу ровно, Шарлотт не была трусихой. Или думала, что не была. — Я не расстроилась, я просто не до конца уверена, что, — Чарли замолкает, меняясь в лице и заметно подбирая слова. Волшебница отталкивается рукой от поверхности матраца, [float=left]https://i.imgur.com/2gKdxXy.gif[/float]усаживаясь по-турецки и осторожно разглаживая складки перед собой, продолжает: — Вдруг я им не понравлюсь? — выпаливает Шарлотт, тут же стараясь объясниться, — Отчасти мне всё равно: не первый и не последний раз люди думают обо мне, как о безумной. Живее будут, — она шутливо хмыкает, смотря на него. Эвану вот повезло меньше: маг в этом сумасшествии увидел всё, что нужно для его счастливой жизни, — Но я не хочу подводить тебя. Не хочу, чтобы ты расстраивался, если вдруг твои друзья не увидят во мне... не знаю, подходящую партию. будут ли они судить меня? Или сравнивать. Я даже, — она неловко усмехается, заводя руку себя за спину и на мгновение оглядывая созданный за минуты хаос, — Не смогла выбрать, в чём идти. Как ты понимаешь — это редкость, — оборачиваясь обратно, — И я до сих пор не знаю! — Чарли снова хмыкнув, ненадолго замолкает.
[indent]Она знала: её близкие и люди, с которыми ей грядёт знакомство уже меньше, чем через час — это абсолютно разные миры. Может, девушка и судила рано, но уже только по популярности некоторых фамилий в местных заголовках газет, могла предположить, насколько английские семьи в Бостоне были... проще. Легче для восприятия, готовые протянуть руки без задний мысли, если кто-то сказал, что ты — достоин этого. Возможно, здесь всё было тоже самое. Однако Шарлотт впервые за долгое время находилась по ту сторону баррикад, с которой не знакомили, а которую было необходимо представить другим. И это несколько ужасало.
[indent]— Ты беспокоился, когда Питер знакомил тебя с нами? — пауза, — Я имею ввиду, если закрыть глаза на то, что ты частично успел познакомиться с некоторыми при непредвиденных обстоятельствах, — Шарлотт опирается на перину только для того, чтобы подтянуть к себе руку Маккензи, захватывая ту в своих ладошках. Так ей было спокойнее. Так ей не казалось, что происходящее — очередная кочка на их пути, а всего лишь разговор о обыденных страхах, — Мне казалось, ты вписался с первых минут. Ты был таким... своим в доску, — она улыбается, теребя его пальцы и начиная загибать каждый из них при перечислении, — И с такой лёгкостью нашёл подход к каждому: Джо априори была от тебя без ума, Тео смотрел тебе в рот, пока выслушивал неизведанные ему факты, Кевин готов был протрещать тебе все уши своим квиддичем, с Фи вас связал бизнес, — она пожимает плечами: ведьма только начала, но ей казалось, что для примера должно было хватить и этого. — Откуда... как я могу быть уверена в том, что здесь всё будет так же? — подняв на него взгляд, она чувствует себя не лучше, чем маленьким ребёнком, которому нужно научиться делиться своими лопатками, когда прежде этого не делал. А если они их сломают?
[indent]А если он окажется на их стороне?

Подпись автора

I won't let you down
so — please — don't give me up
https://i.imgur.com/88ehB15.gif https://i.imgur.com/EFwTZfc.gif
because I would really, really love to stick around

5

[indent]Ему не представить, как состав Юниона, может вызвать у кого-нибудь мандраж, словно перед встречей с английской королевой. Или хотя бы её личным поваром.
[indent]Он знает этих людей, как облупленных, и никакой статус наследников светлого будущего не способен стереть яркие воспоминания, датированные завершенной главой подросткового возраста: пьяные ошибки молодости, отзывающиеся сожалением после заголовков утренних жёлтых газет, бестолковые ссоры, растягивающиеся на года из-за крайностей юного характера, смех до боли в лёгких и обещания поменять весь мир на зло бездействующим родителям. Эти отпрыски богатых семей вырастили его. Пускай, частично, но вырастили, и Эвану не представить, как эти же люди, приняв его, вдруг не примут Шарлотт Уолш.
[indent]Хотя её волнение он всё же понимает.
[indent]Сколько Маккензи себя помнит, он выделяется на фоне сверстников. Болезнью ли, размером кошелька или переданной с отцовской кровью манерой перенимать всё внимание на себя, в редких случаях Эван чувствует себя по-настоящему на месте: так, как он чувствует себя рядом с Шарлотт. Зачастую люди косятся на волшебника с недоверием, заведомо обвиняя рослого мужчину во всех грехах человечества — кого-нибудь же надо, а его макушка возвышается слишком хорошо, чтобы её пропустить.
[indent]То же и с ней. Чересчур громкая, чересчур прямая, чересчур самобытная — он не видит эти свойства её характера чем-то неправильным. Наоборот. В Маккензи они вызывают тёплое ностальгическое ощущение чего-то родного, привычного... домашнего. И всё же глупо притворяться, что Шарлотт наводит на мысли о доме каждого встречного. На мысли о министерских порталах в час-пик — несомненно, а вот о доме вряд ли.
[indent]Только и его давние друзья не рядовые серые фигуры в общей массе. Куда не ткни — они ничем не хуже самого Маккензи, и пусть не всем им присуща наигранная эпатажность, Эвану не составит труда найти в них бросающиеся в глаза особенности, достойные сомнительных взглядов. Что они такого в ней увидят, с чем не сталкивались в отражении собственных зеркал по утрам?
[indent]— Очень сомневаюсь, — поджав губы, хмурится Эван.
[indent]Может, он ошибается. Может, его любовь к Шарлотт Уолш настолько слепа, что он вовсе разучился смотреть на неё глазами окружающих их людей. Увы, Эван достаточно упрям, чтобы воспринимать произнесённое за единственную допустимую истину. Он ведь не обещает, что весь состав Юниона поголовно решит на ней жениться — ему, сказать по правде, оно нужно в последнюю очередь — он верит, что его американская «семья» отнесётся к Шарлотт с должным терпением и дружелюбием. Как относятся к нему, когда не понимают, что за драконья моча ударила в голову Маккензи. Опять. [float=right]https://i.imgur.com/RJNDoc9.gif[/float]
[indent]— Ты не подведешь меня, — его лицо принимается отсвечивать красноречивым налётом сопротивления.
[indent]Что Шарлотт Уолш себе такого вообразила, что в её Вселенной она, кажется, уже успела подвести волшебника пару-тройку раз? Перед глазами Маккензи всплывает яркая картина играющего симфонию расстроенного желудка подростка, но пропадает, стоит мужчине почувствовать одновременно хрупкую и крепкую хватку на своей ладони.
[indent]— Шэр... — вылетает из него на выдохе; брови Маккензи встречаются на переносице, а взгляд становится встревоженно пронзительным, — Во-первых, не моим друзьям решать кто для меня подходящая партия, а кто нет. Скажу больше, даже не моим родителям. Во-вторых, — Эван глубоко вдыхает, ненарочно вздымая плечи, — мы не идем на какие-то смотрины. Я понимаю — так или иначе все что-нибудь о тебе подумают. Но в худшем случае они оставят это мнение при себе, и никто никогда о нём не узнает, — перехватывая её руку в ответную, дёргает уголком губ Маккензи, — Они совсем не такие, как ты себе представила, — смягчаясь, замолкает мужчина.
[indent]В конце концов, будь они претенциозными снобами, вряд ли бы Эван удостоился их доброго расположения дольше пары часов. Кого он смешит... пары минут. Хватило бы нескольких залпов его отборного нижепоясного юмора, и Маккензи был бы изгнан в вечную ссылку. После него Шарлотт покажется легким морским бризом после грозовой бури.
[indent]Впрочем, его уверенность в успехе знакомства Уолш с Америкой не становится поводом проигнорировать сигналы бедствия. Оглядывая маленький хаос, организованный девушкой за каких-то пять минут, Маккензи хлопает ладошками по своим коленям и оборачивается к ней, склонив голову на бок.
[indent]— Ты видишь как я одет? Что тебе приходит в голову? — на секунду глаза Эвана сверкают знакомыми дьяволятами, — Кроме очевидного желания избавить меня от всего, что на мне есть, разумеется, — по комнате раздаётся издевательский смешок, — Надень то, что надела бы на встречу с нашей бостонской тусовкой, — говорит он уже серьёзней, — Или оденься праздничней, если тебе хочется думать, что это праздник. На мой вкус, конечно, я бы оставил всё, как есть, — начиная расплываться в широкой улыбке, дёргает бровями Маккензи, — Мне нравится то, какие вещи ты выбираешь для себя. Я бы не хотел, чтобы ты что-нибудь меняла из-за других людей, — просит Эван, смотря на неё с осторожным беспокойством: мужчина не помнит, чтобы Шарлотт когда-либо пыталась подстроиться под окружающий мир до сих пор — это ему в ней и нравилось.
[indent]От мысли, что, возможно, это он вынуждает её меняться, Маккензи становится не по себе. Он ведь не делает ей замечаний, проходящих мимо его внимания? Не критикует, не отдавая себе отчёта? На мгновение Эван отворачивается, сосредотачиваясь на нервозном поиске доказательств его преступлений перед личностью Чарли, но так и не находит яркого примера. Если он делает это, то в тайне даже от самого себя — что, априори, дрянное оправдание.
[indent]Голос Шарлотт вынуждает Эвана отвлечься и задуматься. Он не вспоминал свой первый приезд в английский Бостон уже очень давно, отчего заметно напрягается, пытаясь выудить остатки ощущений, сопровождавших появление американца в незнакомой стране. Он помнит страх, но вовсе не перед незнакомой компанией. Страх за Андерсона, ставший единственной путеводной звездой Эвана на добрые несколько лет.
[indent]Волшебник вздыхает, тратя пару секунд на попытку скорректировать правду, прежде чем озвучить её, однако быстро сдаётся.
[indent]— Нет, — поджимая губы, он качает головой туда-сюда, — Правда, дело не в том, что вы были какими-то неинтересными или... н-неважными в моих глазах, — чуть округляя на Уолш взгляд, объясняется Эван, — Я ехал в Бостон с единственной целью — быть рядом с Питером. Мне было всё равно понравлюсь я его друзьям или нет, а, учитывая мой прошлый опыт в Англии, я думал, что скорей всего не понравлюсь, — хмыкает Маккензи, — Я до сих пор удивлён, что... вы приняли меня с такой лёгкостью, — улыбается волшебник, — Не знаю... Может, всё дело в том, что за всю свою жизнь мне пришлось перезнакомиться с таким количеством людей. До Питера мои соседи по палате менялись раз в несколько месяцев, в школе я долгое время был «тем самым парнем, которого вечно нет», — он собирается продолжить, но резком меняется в лице, кривя губы в сожалеющую улыбку, — Я не очень тебе помогаю. Извини, — тихо вздыхает Маккензи.
[indent]А ему искренне хочется найти магический порядок слов, который заставит Уолш почувствовать ту же непоколебимую уверенность в том, что всё будет в порядке, которую чувствует Эван, глядя на неё. Ему хочется собрать всё своё холодное равнодушие к мнению вторых партий и вложить его в голову Шарлотт, избавив её от необходимости тратить нервные клетки на определённо не стоящий их повод для волнения.
[indent]Или он не прав, что отодвигает мнение своих друзей на второй план? Может, всё нормальное население человечества делает именно так, и один Эван Маккензи идёт жопой, когда все выстроились лицом? Ловя себя на секундном сомнении Маккензи бесконтрольно хрюкает, закатив глаза на своё предположение. Значит, будет идти жопой. Равняться на нормальное население человечества, так или иначе, вызывает у волшебника рвотные позывы.
[indent]Резким движением мужчина отталкивается от постели и, проходя комнату широким шагом, поворачивается вокруг своей оси, опирается о комод и обращается к Уолш.
[indent]— Предположим, ты не понравишься им — в чём я сильно сомневаюсь — но сделаем вид, что это так. Думаешь, я буду нарочно звать их к нам на ужины? Или заставлю всех притворяться, что вам интересно вместе? Не понравишься — и к чёрту их. К тому же, люди меняют своё мнение, и даже твой главный враг может оказаться в твоей постели через несколько лет, — замечает Эван, не скрывая толстого намёка в своём примере, — Они ведь не единственные волшебники нашего возраста в Америке, и тебе не обязательно делать целью своей жизни понравиться им — уж как-нибудь найдём с кем пообщаться, кроме них, — говорит он искренне, ни капли не преувеличивая.
[indent]Конечно, обоюдная симпатия значительно упростит жизнь Маккензи в далёком будущем. Все приёмы, все званые ужины, им будет гораздо проще, если добрая половина американской «знати» не будет коситься на их пару с многозначительными гримасами, исполненными омерзением. Но делать из этого смертельный сценарий? Увы, Эван слишком талантливо затыкает уши и показывает свою спину всем, кто не вписывается в его виденье того, как надо, и не постесняется воспользоваться своей способностью и в этом случае.
[indent]Выпрямляясь в полный рост, Маккензи прижимается к комоду спиной и опускает взгляд в пол, бездумно разглядывая узор на ковре. Он не может понять, что именно чувствует Шарлотт, но может хотя бы попытаться представить. Если бы Питер поставил ему ультиматум понравиться или умереть, он бы тоже нервничал перед приездом в Бостон, и если бы вся улица единогласно возненавидела Маккензи, вряд ли бы его жизнь в Англии казалась Эвану полной событий. Было ли это важно ему? Нет. Однако он  способен вообразить Вселенную, где это важно Шарлотт, и хватаясь за эту мысль, волшебник прерывает своё молчание:
[indent]— Я не могу сказать, что я понимаю, что ты чувствуешь, но... я знаю, что тебе здесь не так просто, как в Бостоне. У меня никогда не было таких близких... семейных отношений с моими друзьями. У меня был Питер и все остальные, — дёргает плечами Эван, — Я не строю и-иллюзий, что ребята из Юниона смогут сравниться с теми, кто остался в Бостоне, и-и я понимаю, что тебе не хватает твоих друзей, — отталкиваясь от комода, мужчина делает небольшой шаг навстречу Шарлотт, — Но вдруг они тоже окажутся неплохими? — прикрыв один глаз, Маккензи принимается ухмыляться одним уголком губ, — Вдруг кто-нибудь даже понравится тебе? — он останавливается, упираясь ногами в край постели, — Ты же дала шанс парню в рыбьей требухе. Разве это может быть хуже? — смеётся Эван.
[indent]Протянув ей ладонь, мужчина смотрит на неё вопросительно, но больше ничего не говорит. Он поймёт, даже если Шарлотт откажется появляться там сегодня. В конце концов, негласное правило знакомств с общими друзьями не стоит того, чтобы тревожить её душевное равновесие. Они ведь здесь далеко не за тем, чтобы ставить галочки напротив списка дел начинающих пар.
[indent]На лице Эвана загорается тёплая улыбка.

Подпись автора

we're born to die, so I'm gonna fight for how I wanna live
⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯  spark up the riots ⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯
https://i.imgur.com/AvupCDi.gif https://i.imgur.com/XTYjmWx.gif
I   G U E S S   I ' M   A   C R I M I N A L   A N D  A   F U T U R I S T

6

[indent]Шарлотт с неуверенностью вспоминает все те моменты, когда самолично влезала в жизни своих близких, наталкивая на единственные по её мнению решения их проблем. И чаще всего она не ставила свои выборы под какое-либо сомнение: окажись девушка на их месте, точно поступила бы именно так. Однако сейчас эмоция, отображенная на лице Эвана вместе с такой неприкосновенной уверенностью в своих словах сбивает её с толку, вынуждая задаться про себя единственным логическим вопросом:
[indent]«Почему ты в этом так уверен?»
[indent]И ведь она знает: не раз доказывали друг другу наяву — нужно что-то побольше, чем «твоя подружка нам не нравится», чтобы действительно разойтись по разным путям. Пожалуй, окажись кто-то особо умный, решивший напомнить ей, через какие трудности им пришлось пройти с Эваном, чтобы оказаться здесь, задаваясь даже философским вопросом: «А стоило ли оно того?» — куда проще будет ударить в нос, чтобы эта мысль больше никогда не всплывала в сознании. Стоило. И если бы ей пришлось пройти через это ещё раз, она бы сделала это вновь, если по итогу ей дали возможность идти рука об руку с Эваном Маккензи.
[indent]Тогда почему она беспокоиться о такой мелочи сейчас и так сильно? От противоречивых мнений ей не становится лучше. Шарлотт опускает плечи, ковырнув простынь пальцем, недовольная собой хмурит брови. С каких пор ей так трудно прийти к общему знаменателю? Прислушаться к инстинктам, а не пытаться разгрести то, в чём она никогда не была хороша? Думать глубоко — в меньшей степени было похоже на неё, а вот ломиться напролом — это с лёгкостью.
[indent]Её лицо трогает неловкая улыбка, стоит волшебнику упомянуть про своих родителей. Его упрямство было близко и знакомо ей как никогда; неудивительно, что они сходятся в большинстве случаев против остальных, готовые начать революцию. Если бы так получилось, что Шарлотт не понравилась бы мистеру и миссис Маккензи, она сомневалась, что это не осталось без внимания. Было бы это плохо? Разумеется, но... не похоже, что настолько, что это бы разрушило их отношения. По крайней мере, Эван делает всё возможное, чтобы убедить её в этом и ей совсем не хочется верить в обратное.
[indent]— Хорошо, что я им понравилась, — она улыбается, говоря между делом, — Возможно, — неуверенно соглашается с ним ведьма, нахмурив брови. Шарлотт и прежде думала о людях хуже, чем есть на самом деле как и... она опускает взгляд к простыне. Чарли. Бесконечная заноза в заднице каждого. Сейчас она стала многим меньше делать своеобразные проверки — как тогда, с Эваном — и всё же, могла предположить, что неосознанно — осознанно — может вести себя совсем не так, как вела бы с друзьями. Из-за чего? Страха, что о ней подумают плохо? Поэтому нужно вести себя так изначально? А может быть причина была в патологической вредности. Уолш вздыхает: главное не подумать, что это передалось от родителей: мама её из под земли даже за такие мысли вытащит.
[indent]Шарлотт только и успевает, что открыть рот, чтобы ответить на его вопрос, как следом щурится и склоняет голову к плечу. Одними губами она произносит: «Разумеется» — и в этом сарказме была львиная доля правды. Наверное, привычка закатывать на него глаза одновременно с этим чувствуя прилив крови к своим щекам пропадёт у неё только спустя десяток лет. И то у неё были сомнения в обратном.
[indent]— Это реально, — она улыбается, смотря перед собой и потом только едва заметно щурясь, наскоро продолжает: — [float=left]https://i.imgur.com/DWPbMQf.gif[/float]Однако немного несправедливо: я соглашусь на такое, только если ты составишь мне компанию. К тому же, в таком случае мы никуда не пойдём или твоим друзьям придётся подождать, — впрочем, отвлекается она на долю секунду, не в силах оставить все намёки Маккензи без своего внимания. Вместе с ним девушка оглядывает кучу одежды на второй половине кровати, прикусывая губу. В её голове проскальзывают все те разы, когда между ней и Джозефиной происходили войны и иной раз не на жизнь, а на выбор очередного платья; вместе с этим она кривится лицом, осторожно подтягивая к своей спине блузку сшортами в цвет её полоски, но не торопиться натянуть их на себя. По крайней мере — это точно то, что она надела бы и в Бостоне и то, что не принадлежало бы никогда выбору Джо. Уолш немножко увереннее дёргает плечиками.
[indent]Задавшись интересующим вопросом о прошлом, она ненароком и сама раскрывает старые воспоминания. Того, как спустя столько встреч, они оказались лицом к лицу на одной улице благодаря Питеру. Помнится, уже тогда они шутили про Судьбу, только и делающую, что подстраивающую им встречи, подталкивающую на очередные невероятные свершения; интересно, она ими гордится?
[indent]И всё же ответ, который она услышала был не совсем тот, который волшебница ожидала.
[indent]— Ты себя видел? Разве у нас был выбор? — шутливо она хмыкает, намеренно стараясь звучать как можно более расслабленно и спокойно: видит, как мужчина начинает нервничать будто бы не из-за тех слов, которые должны помочь ей сделать более глубокий вдох. Пожалуй, наличие абсолютно другого мнения не могло её расстроить — тут дело было больше в самом наличие разговора, — Брось, — за этим же она и отмахивается. Ей совсем не хочется, чтобы он чувствовал себя перед ней виновато. Это ведь она затянула их в эту кашу беспокойства ни о чём! А плохо чувствует себя Эван? — В твоих словах есть логика. Мне иногда так странно думать о том, в каком пузыре мы живём. В Бостоне я имею ввиду, — она морщит нос, на мгновение замолкает, чтобы негромко выдохнуть и тихо произнести: — Всё никак не могу привыкнуть.
[indent]Казалось бы, к чему? Но ответ лежал прямо на поверхности: не в первый раз она называла дом местом, который остался по ту сторону океана, говорила о вещах, которые может не должны были перестать быть важными, но хотя бы начать отходить на задний план. А выглядит, будто она даже не старается; цепляется ли Маккензи за это слухом? Может, для него это звучит обидно! Прежде, чем виски начнут болеть о новой проблеме, Уолш резко встряхнула головой, отчего даже растормошила от сильной качки свой пучок.
[indent]Она переводит на него свой взгляд, наблюдая за передвижениями мужчины. Её искренне умиляли его попытки помочь ей с, казалось бы, абсолютно надуманной и бестолковой идеей беспокойства о будущем знакомстве. Наверное, всё дело было в этом: она всегда, даже если у неё не спрашивали совета, имела своё мнение и желала высказать его считая, что это кому-нибудь поможет. Когда дело касалось её, Шарлотт о своих проблемах не говорила, а значит, не давала никому возможности даже попытаться протянуть ей руку помощи. Волшебница научилась говорить с собой и... точно так же разучилась обратно, раз встречаясь с проблемой сейчас, не может отделаться от ощущения, что дотронься она до чего угодно — и то моментально будет разрушено.
[indent]Слова Эвана работают не хуже, чем бита в квиддиче. Стоит ей только замахнуться в него тяжёлым металлическим мячом, как мужчина спокойно отбивает его прочь. Ещё и бровями подыгрывает, молчаливо намекая: «Давай ещё». И не сказать, что Маккензи не волнуется — было видно невооруженным глазом, с какой ответственностью от подошёл к её проблеме и хочет пережить её не рядом, а вместе с ней. И всё равно кажется ей сильнее. Намного сильнее, чем она.
[indent]— Мы, — она мягко улыбается, искренне говоря: — Мне нравится, что ты даже не планируешь оставить место «я» в этих отношениях. Напоминает историю о пришитой к тебе ноге, только тут всё намного хуже, — она негромко посмеивается, вновь становясь более серьёзной, — Конечно я не думаю, что ты будешь вынужденно нас пересекать, если что-то пойдёт не так. И всё равно, я... хочу, чтобы всё было хорошо. Чтобы я не опростоволосилась и ничего не испортила. Просто, — она распускает свои волосы до конца, нервно перекидывая их прочь на одну сторону, — Ладно, нет. Ты прав.
[indent]Ведьма даже не хочет представлять такой вариант, где ей пришлось бы делать выбор. Конечно она выбрала бы Эвана! — всё отзывается в ней так громко, словно сама мысль о возникновении какого-то другого варианта может его огорчить — однако хочет думать, что ей никогда не придётся этого делать. Им «повезло», — это трудно назвать везением, учитывая её не шутку про отсутствие выбора — что у бостонских ребят и Маккензи не было никаких проблем в понимании друг друга. Шарлотт нервничает заметно сильнее и чувствует неприятный рой мурашек, бегущий по спине, так же, как Чарли бежит от своих проблем. Впрочем в этот раз она решает и не отшучиваться, а просто замолкает, кивая головой.
[indent]От данного мужчиной выбора всё же становится легче. Будто теперь, когда она знает, что у них есть вариант не понравится и с этим можно ничего не делать, Уолш теряет ту долю беспокойства, которая заполняла её сознание, уступая место менее грандиозным переживаниям. Хотя бы возвращаясь к тому, что ей надеть — а стоп, это уже было решено! — или чем набить желудок через несколько часов.
[indent]Тугой ком в сердце рассасывается в тот момент, когда Эван и вовсе решает сделать попытку влезть в её шкуру. Она думает совсем недолго прежде, чем оттолкнуться от кровати руками и подползти поближе, протягивая ему свою ладошку. Впрочем, вместо того, чтобы сойти вниз на пол, она так и остаётся стоять в полный рост на кровати со смешком ткнув его пальцем в щёку. Едва слышным шепотом она произносит: «Я выше.»
[indent]Но подолгу на этом не останавливается.
[indent]— От любви до ненависти один шаг, а мы сработались наоборот. Пожалуй, если в мире где-то и есть другие ребята с плавниками в волосах, пусть ищут своих Шарлотт Уолш, у меня уже есть лучшая из таких версий: облитая шампанским и оппёрженная мною лично, — она шкодливо прищуривается, — Не говоря уже об извечных избениях. Что же до друзей, — Уолш кладёт ладошки ему на плечи, задирая взгляд к потолку, явно о чём-то задумываясь.
[indent]— Во-первых, наших: я молю, чтобы ты забрал хотя бы щепотку их себе, пожалуйста. Но я... понимаю о чём ты, — спорить с тем, что Уолши и МакМилланы были явно ближе самой девушки она не стала бы просто из-за того, что даже сегодняшний разговор затеяла она сама. Не похоже, что переезд обратно в Америку сильно беспокоил самого Эвана, вынуждая его страдать по оставшемуся мистеру Дурацкие-Факты в Англии, — И я уверена, что они лучше, чем просто неплохие. У тебя, в конце концов, есть вкус на хороших людей. Так что, даю им шанс не увидеть во мне демона во плоти за один вечер. А дальше... будем работать, — подставляя руку под свой подбородок, она делает быстрое движение всеми пальцами, засмеявшись.
[indent]Действительно, поработаем. Она кивает самой себе с самыми серьёзными намерениями на этот счёт, а затем опускает свой взгляд к Эвану, тепло улыбаясь:
[indent]— Спасибо, — она перекладывает ладонь к нему на щёку, а второй приобнимает волшебника за плечо, уперевшись в его лоб своим, — Кажется ты только вернул во мне желание сворачивать горы, магов, в принципе, что и у кого угодно. А это, я считаю, заслуживает отдельных аплодисментов.
[indent]Быть услышанной всегда было важно — этого она добивалась от своей семьи с самого детства с переменным успехом и только благодаря силе собственного голоса. С Эваном? Ей стоило прошептать, нет, посмотреть на него как-то иначе и доверяясь своим инстинктам он оказывался рядом, тут же задаваясь вопросом о её самочувствии. Конечно, её внутренний страх за сегодняшний вечер никуда не делся, но явно притупился. По крайней мере теперь ей кажется это не страшнее той самой презентации, на которой тот же самый Маккензи поддерживал её, хотя абсолютно не должен был.
[indent]Она склоняет голову, приподнимая его за подбородок, и крепко целует волшебника, сокращая последнюю крупицу расстояния между ними. Ей бы пообещать себе, что будет говорить о таких вещах почаще, чтобы кочки стали ещё менее заметными, но шуршащие уже совсем не об этом мысли заполняют освободившееся место.
[indent]Зря он сказал вслух, что они могут опоздать.


[indent]Как и стоило ожидать, ей практически приходится задержать дыхание от нервозности прежде, чем кто-либо другой, помимо Юниона, окажется на пороге их локального клуба. Ладошку Маккензи она не выпускает из рук до того момента, пока не хватает себя на мысли, что выглядит не лучше напуганного кота; Чарли выпрямляется в спине и расправляет плечи, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала себя.
[indent]Каково же было её изумление, когда никто в первые секунды не решил её съесть, обидно подколоть, называя деревенщиной из Туманного Альбиона — ох уж эти стереотипы о вечных баталиях англичан и американцев — или устроить мини-проверку, которую бы она обязательно завалила. Пожалуй больше, чем этому она удивилась разве что погодным условиям:
[indent]— Знаешь, что будет, если я трансгрессирую справа налево по Англии и обратно? Правильно — туман что здесь, что там. Честное слово, вам даже Маховики Времени не нужны, — улыбаясь собственной глупой шутке, она обменивается с Эваном красноречивым взглядом, стоит очередной особе подойти для знакомства, которое Уолш стоически выдерживает, ведя себя естественно настолько, насколько ей позволяет возбужденность от незнакомцев вокруг. Оставаясь на короткий миг наедине, она осторожно спрашивает его:
[indent]— Покажешь мне тут всё? И... Ничего, что мы ничего толком и не принесли? — прежде, чем она слышит ответ, ей кажется, что она уже знает, что волшебник ей скажет, — Ничего не говори — это всё остаточное с нашего разговора меня не отпускают. Надо просто заесть и всё будет, как надо, — она мотнула головой вокруг, осторожно спрашивая, — Мы ведь... поедим? — толкая его локтём в бок, она хмыкает, не произнося очевидной шутки вновь: пусть не забывает, что встречается с троглодитом.
[indent]Вместе с этим, Шарлотт с искренним любопытством оглядывается по сторонам. Это место, в котором он фактически вырос в того, кого она знает. Эти люди были с ним с того возраста, в котором он даже не мог предположить о своём будущем; по крайней мере, о том, что сама девушка будет с ним рядом.
[indent]Конечно ей хотелось узнать побольше, ведь спустя столько времени ей казалось, что в нём скрывалось ещё так много и ей было интересно перелистывать каждую новую открывающуюся историю большого талмуда жизни Эвана Маккензи, принимая участие в том, чтобы писать её дальше, но уже вместе с ним.

Подпись автора

I won't let you down
so — please — don't give me up
https://i.imgur.com/88ehB15.gif https://i.imgur.com/EFwTZfc.gif
because I would really, really love to stick around

7


a n d   i f   l o v e   i s   h o m e :
your soul is the roof, your skin the bricks,
A N D   H O M E   I S   W H E R E V E R   Y O U   S T A N D


[indent]— К тебе это, к слову, не относится, — хмыкает Эван, вспоминая с какой хирургической осторожностью — даже если со стороны оно выглядело совершенно иначе — подступался к Шарлотт Уолш.
[indent]Поначалу из-за Питера. А потом уже по собственной воле. Конечно, в то далёкое время Эван убеждал себя, что доказывал пригодность к касте лучших друзей Андерсона, но с багажом настоящего истинные мотивы завоевать Шарлотт во что бы то ни стало искажаются личными мотивациями; и вряд ли требуется уточнять какими.
[indent]— С тобой было тяжелей — у нас уже была общая история, — смеётся Маккензи, не вдаваясь в и без того понятные девушке подробности, — А мне хотелось тебе понравится. Думаю, — он оглядывает спальню, будто оценивает очевидность причин, по которым Шарлотт получала свою порцию дёрнутых косичек на протяжении нескольких лет, — ты догадаешься почему, если очень постараешься, — расплывается в улыбке Эван.
[indent]Шарлотт не была похожа ни на кого из его знакомых: ни девушек, ни мужчин. И пускай от заявления попахивает очевидным — разумеется, не была, все люди разные, думая об их отношениях с Уолш, Эван опирался куда больше на свои внутренние ощущения, нежели на качества Шарлотт. Конечно, она была особенной — в наилучшем смысле особенности — единственной на всю планету, если спросить Маккензи. Несмотря на богатое на войны прошлое, только от Уолш он не ждал подвоха, только с ней Эван мог быть уверен, что она видит его настоящего, а не какую-то красивую картинку, удобную для выдуманного фантазией сюжета.
[indent]Если быть откровенным до конца, он по сей день задавался вопросом почему после всего, что Шарлотт видела, она выбрала сорваться на край света вслед за ним. Эван не видел в себе исключительных качеств, достойных той бесстрашной верности, с которой девушка согласилась остаться с ним в Мунго и продолжала выбирать волшебника из раза в раз. Но, как сказала бы сама Уолш, не ему и решать.
[indent]Эвану остаётся не подвести её, и желательно начать прямо сейчас.
[indent]— Когда ты решила, что ты что-то портишь, — кривится мужчина и тут же смягчается, — Всё будет хорошо. Я понимаю, что мы не пришитые, — хмыкает Эван, чуть закатывая глаза, — Я просто хочу, чтобы ты знала, что ты точно не будешь разбираться со всем в одиночку. Не на моём посту, — улыбается он.
[indent]Сделал ли он всё верно? Ему хочется надеется, что хотя бы наполовину. По крайней мере, Шарлотт всё меньше напоминает хрупкое тельце, сломанное под весом вываленного на кровать гардероба и выдуманной необходимости влюбить себя всю Америку, и всё больше походит на свою воинственную версию. Её попытка доказать превосходство в росте вызывает у Маккензи звонкий смешок.
[indent]— Ну, конечно, — равняясь с ней носами, шепчет Эван.
[indent]Он замолкает стоит Уолш заговорить, закрывая её в замок из рук за спиной. Его лицо трогает тёплая улыбка от воспоминаний когда-то приносивших лёгкий нервозный тремор. Так или иначе, даже в то время Шарлотт умудрилась вызвать в нём достаточно сильные чувства, чтобы её лицо мерещилось Маккензи в ночных кошмарах. Обычно «враги» волшебника сливались в один общий силуэт с невнятными очертаниями. Шарлотт? Малолетняя выскочка оставила на нём такое неизгладимое впечатление, что, отправившись в Лондон, он только и думал о том, как напорется на неё за очередным поворотом; и ведь напоролся.
[indent]Тогда эти случайные встречи казались ему незаслуженной пыткой. Сейчас? При всём своём скептицизме, Маккензи даже нравилось думать, что у судьбы были на них планы с самого начала.
[indent]— Я хочу увидеть, как ты повторишь то же самое после сегодняшнего вечера, — ёрничает Эван, — Хотя они, правда, хорошие люди. В далёких-далёких недрах души под слоем уже знакомого тебе американского безумия, — он решает не вдаваться в подробности на счёт каждого — сама узнает. В кого не ткни — одна в своём роде личность, полная чудес и сюрпризов; и несмотря на беспокойство, Маккензи не терпится узнать, что она ему скажет.
[indent]Эван врезается в неё своим носом, негромко хмыкая и улыбаясь — вот она его Шарлотт Уолш, готовая вызвать на дуэль комнату учёных-магозоологов, гостей званого бала или американских приятелей Эвана. Что вовсе не значит, что она не боится. Просто теперь с плотной защитой из скрытой от глаз кольчуги маленького хрупкого война, с которым он познакомился в далёком двадцать четвёртом и продолжал наблюдать год за годом.
[indent]— Сворачивай их всех, — смеётся Эван, с осторожностью разглядывая её лицо, — Какой я молодец. Ты так хвалишь меня, что мне начинает казаться, будто я определённо заслужил вознаграждение за свои старания, — шутит мужчина, кривясь в ухмылку.
[indent]Шарлотт понимает его быстрее, чем он может надеяться, заставляя Маккензи сдавленно усмехнуться ей в губы. Сидеть у «разбитого корыта» в том обличии, в котором предстала перед ним Уолш, действительно не лучшее решение, если девушка хотела прийти вовремя. Вовремя... Им толком не назначали времени, к которому стоило появиться, и, пользуясь вырванной из контекста лазейкой, Маккензи подхватывает девушку на руки, собираясь задержать их на лишние полчаса. Главное, чтобы никому не пришло в голову спрашивать почему они не появились раньше — зная их, кто-нибудь обязательно скривит такую гримасу, что дальнейшие вопросы отпадут сами по себе.


В Е Ч Е Р
Калифорния, Малибу


[indent]Воздух на западном побережье совершенно иной. Легче. Свежей. При всей своей искренней любви к антуражу Нового Орлеана, Маккензи понимает на какую жертву пошла Уолш, согласившись переехать туда на постоянную основу, и не сдерживает говорящей улыбке, представляя, насколько проще ей дышится здесь.
[indent]Нарочно он выводит их из отдалённого от входа в комплекс портала, решая провести Шарлотт по тянущемуся вдоль скалистого пляжа променаду. Эван не упускает возможности ткнуть неожиданно нахмурившуюся Уолш в бок и сорваться широким шагом вперёд, ожидая, что та нагонит его куда быстрей, чем он успеет спастись от наказания. Честное слово, что угодно, лишь бы девушка перестала воображать будто за чистыми светлыми стенами клуба кроется делегация ненавистников англичанок чьё имя начинается на Шарлотт и заканчивается Уолш.
[indent]Оказываясь перед высокими воротами, Маккензи останавливается, чтобы сделать глубокий вдох в надежде восстановить сбившееся дыхание, и, перехватив девушку за руку, тянет её вдоль аккуратной кирпичной тропинки, ведущей к застекленному входу в главное здание. Эван прислушивается к звукам в округе и тут же сообщает:
[indent]— Кажется, сегодня ты познакомишься не только с моими друзьями. Они, наверное, отчаялись нас дозваться и не стали закрывать клуб, — замечая внушительное количество голосов, доносящихся откуда-то изнутри, говорит Эван, — Тем лучше. Может, познакомимся с кем-нибудь новым, — дёрнув плечами, улыбается Маккензи.
[indent]Достаточно переступить порог, в нос ударяет знакомый с юношества аромат, когда-то выбранный общим решением наполнить здание бывшего отеля запоминающимся гостям запахом. Эван неосознанно хмурится, стараясь вспомнить, кто именно делал этот запах на заказ, но прежде чем волшебник успевает поделиться своими мыслями с Уолш, девушка загадывает ему сбивающую с толку загадку.
[indent]— Исландия? — сконфужено отзывается Маккензи и хрюкает в ту же секунду, стоит ему осознать, что он только что испортил чудесную шутку, — О, нет. Теодор изыди из моего тела. Что ты со мной сделал, — страдает Эван, измученно поглядывая на Шарлотт, — Я обязательно покажу тебе и эту часть побережья тоже. Если ты отпросишься на работе, можем остаться в Юнионе на недельку и посмотреть соседние города. Я, конечно, пожалею о предложенном, но пешие прогулки в районе голливудского знала очень зрелищные. А если выдвинуться пораньше, то и безлюдные, — двигаясь внутрь, он изредка поднимает взгляд на уровень горизонта в поисках знакомых лиц, натыкаясь лишь на разношерстных гостей заведения, снующих туда-сюда.
[indent]— Сможешь посмеяться надо мной, обзывая меня дедом, — возвращая своё внимание к Шарлотт, говорит мужчина и собирается продолжить, как слышит женский голос, обращающийся к ним по имени.
[indent]— Эван! Шарлотт! Вы пришли, — силуэт Пиквери появляется перед ними спустя пару мгновений поиска её лица среди маленьких группок посетителей.
[indent]Отыскивая её среди толпы, Маккензи поворачивает их с Уолш конструкцию ей навстречу и делает несколько шагов вперёд, останавливаясь прежде, чем они врежутся друг в друга лбами. Широко улыбающаяся ведьма спешно сжимает его предплечье и переключается на новую гостью, сжимая ладошку Шарлотт крепкой хваткой.
[indent]— Добро пожаловать в Юнион, Шарлотт. Аделаида Пиквери — надеюсь, этот балбес рассказал тебе кто здесь будет. Называй меня Ада или Ида, — тряхнув руку Уолш, она отступает на полшага и, заметно запыхавшись, объясняется, — Все уже в сборе, так что проходите в наше крыло — все уже на месте. Я присоединюсь к вам чуть позже, мне нужно уладить небольшой катаклизм, — распахнув на них широкие глаза, объясняется ведьма, — Чувствуй себя как дома, Шарлотт. А ты, Маккензи, чувствуй себя как дома у тещи, — сжав губы, стреляет глазами Аделаида и, смягчаясь, смеётся, покидая их в первоначальном направлении.
[indent]Щурясь, Эван провожает уходящую в закат подругу, медленно оборачивается к Уолш и качает несколько раз головой.
[indent]— Думай о ней, как о... американской Фионне, только эта считает, что если она перестанет поднимать пыль своим топотом, земля остановится, — он задумывается на мгновение, — Или как о моей маме. Я давно подозреваю, что у них есть какая-то тайная родственная связь, — поджав губы, хмыкает Эван.
[indent]Спрашивая у Шарлотт о её готовности идти дальше кивком, Маккензи делает неспешный шаг дальше и принимается оглядывать подзабытые интерьеры помещения. На его лице тотчас появляется улыбка, стоит мужчине заметить маленькие изменения в сезонных украшениях комнат — кажется, кто-то не изменяет самой себе, продолжая вдыхать жизнь в общий проект. Впрочем, найти старых друзей Маккензи не торопится, позволяя девушке исследовать разные комнаты в том темпе, в котором ей будет комфортно.
[indent]— Ты за кого меня принимаешь? — он даже останавливается, слыша столь абсурдный вопрос от Уолш, — Разумеется. Иначе бы ноги здесь нашей не было, — с нарочной театральностью сообщает Маккензи и продолжает уже многим спокойней, — Никто и не ждал, что мы что-нибудь принесём. Только наши бренные тела, — ухмыляется Эван, — Пойдём взглянем на главные залы, а потом уже к ребятам. Вход в наше личное крыло и остальные помещения через приватную гостиную — посмотреть на сердце клуба без испытания вопросами, увы, не получится, — смеётся мужчина, направляя её в сторону основных залов.
[indent]Он не задерживается в каждом надолго, наскоро обрисовывая предназначения каждого помещения, обозначая ближайшую стойку с едой и главный уличный бассейн в огромное окно в пол. Под оранжевыми лучами начинающегося заката, Эван цепляется за пару знакомых фигур, летящих с плеском в воду, и не сдерживается от многозначительной гримасы. Американская аристократия в её лучшем виде. Он нарочно переглядывается с Уолш и, поднимая ладошки в воздух, изображает трясущиеся от ужаса перед её будущими судьями руки.
[indent]Подходя к концу первого сегмента экскурсии, Эван хватается за пролетающий мимо поднос с бутербродами и, вытаскивая один из, засовывает последний в рот Уолш с громким смешком.
[indent]— Чтобы чья-нибудь нога не показалась тебе достойной альтернативной, — продолжает смеяться Маккензи, и прежде чем переступить порог логова с драконами, сжимает ладошку Шарлотт чуть крепче; он надеется, что его лицо достаточно красноречиво, чтобы не сомневаться, что так или иначе, она завоевала главного американца.
[indent]Как и стоило ожидать, оживлённая беседа затихает в секунду, когда Шарлотт и Эван появляются в периметре досягаемости. Волшебник слышит своё имя, долетающее до них басистым голосом из угла. Один за другим — кто-то оживлённей, кто-то спокойней — ребята начинают подлетать к ним, стискивая Маккензи в объятьях и переключаясь на Уолш в менее бестактной манере.
[indent]Не давая им толком заговорить, их тотчас приглашают за главный стол, и одна из женских фигур, представившаяся Сереной, вручает обоим две небольшие карточки с меню, предлагая выбрать блюдо на ужин. Получая парочку добросердечных издевательств в свою сторону, Эван быстро теряет своё место в софитах, без сопротивления уступая его сидящей сбоку от него девушке. Кто-то вякает о том, что Шарлотт Уолш работает драконологом у Уилкинсона, и в ту же секунду замыленный покрытый дёгтем инженер перестаёт быть интересным — это же не с драконами тягаться. Впрочем, он и не против.
[indent]Маккензи вспоминает о данном Уолш обещании показать всё до конца чуть позже, когда сыпящиеся на девушку вопросы сходят на более-менее приличный поток.
[indent]— Слушайте, она ведь не видела наши подвалы, — перебивая вертящуюся вокруг заповедника дискуссию, обращается к столу Эван, — Не хочешь посмотреть, пока ужин ещё готовится? А то потом мы в них выкатимся, — опуская ладошку на бедро Шарлотт, предлагает Маккензи.
[indent]— Там по-моему Аде нужна помощь, — влезает голос Серены, — Я начну показывать, а ты присоединишься? Хочу напомнить, я тут на правах хозяйки дома, — ухмыляется девушка, останавливаясь на Уолш вопросительным взглядом.
[indent]Эван смотрит сначала на Харкуэй, затем на Уолш, и, не произнося не слова, останавливается взглядом на её глазах, задавая девушке немой вопрос. Потому что какими бы милым и гостеприимным ни было его окружение, он всё ещё помнит разговор, случившийся пару часов назад и не собирается оставлять Шарлотт волкам на съедение, если они выглядят для неё таковыми до сих пор.

Подпись автора

we're born to die, so I'm gonna fight for how I wanna live
⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯  spark up the riots ⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯
https://i.imgur.com/AvupCDi.gif https://i.imgur.com/XTYjmWx.gif
I   G U E S S   I ' M   A   C R I M I N A L   A N D  A   F U T U R I S T


Вы здесь » luminous beings are we, not this crude matter­­­ » flashback » everything i wanted